Еще раз про Иран: Персидский калейдоскоп. Часть 2

Первая часть здесь.

Итак, наша цель — гора Дамаванд — высочайшая вершина (5671 м) хребта Эльбурс и всего Ирана, самый высокий вулкан Азии. Да-да, эта гора, хоть и уснувший, но действующий вулкан. Последняя его активность с интенсивным выбросом газов наблюдалась в 2007 году. Именно, из-за постоянно курящейся вершины, гора Дамаванд в древних персидских мифах и сказаниях отождествлялась с Олимпом, где живут боги.

Зачем туда едем? Толком и сами не знаем. Просто гора значится в нашем перечне достопримечательностей. Хочется хоть как-то, прикоснуться к одному из могучих творений природы. Тем более, это в нужном направлении, всего в 70 км северо-восточнее Тегерана. Надо лишь свернуть с трассы, ведущей в Мешхед, и уйти в горы.

На магистраль из Тегерана выбираемся быстро. Пейман прекрасно знает город и ориентируется в его улицах.

Через сорок километров поворачиваем на Хараз-роуд, ведущую сквозь хребет Эльбурс к Каспийскому морю. Начинается подъем.

Покрутившись среди вершин и набрав высоту, дорога вырывается в долину одноименной речки Хараз. Взору открываются великолепные виды гор. Они, оказывается, совсем не безжизненны, как предстают с самолета, а давно освоены людьми. Каждый удобный клочок земли застроен и приспособлен для жизни.

Даже река вовлечена в хозяйственный оборот и используется, чтобы добывать «хлеб» насущный. Чуть не на каждом километре течения устроены плотины, за которыми организованы форелевые фермы. То там — то сям, прямо у дороги продается живая рыба. Б0льшая же ее часть доставляется в столицу и ближайшие города. Хорошая добавка к меню иранцев.

Нам рыба не нужна, поэтому едем дальше.

Близ поселка Дамаванд видим красивую вершину правильной конической формы. Делаю предположение, что это интересующая нас гора.

Попутчики поднимают меня на смех. Пейман даже шутит, что «это, наверное, младший брат Дамаванда» — так несерьезно она выглядит. Совсем не учитывают, что находимся на высоте уже около трех километров.

За поселком съезжаем с асфальта на грунтовую дорогу. Ну, что же, компьютеру «сверху» видней, куда надо ехать. Лезем еще выше.

Обогнув пару вершин, оставляем поселок далеко внизу…

Зигзаги на склоне горы — асфальтированная дорога к Каспию.

…и упираемся…в карьер. Дальше дороги нет, перед нами гора с курящейся вершиной.

Не успеваем остановиться, из вагончика на краю карьера подходят два или три аборигена. Здороваемся, завязывается разговор.

Удовлетворяем естественное в таких случаях любопытство: «Кто, откуда? Нравится ли страна? Где уже были? Почему решили приехать к Дамаванду?» (а это оказался именно он) — вот, лишь часть вопросов, на которые приходится отвечать. Никакого намека на агрессию или недоброжелательность. Наоборот, от собеседников исходит только стремление хоть чем-то помочь иностранцам, которые решили познакомиться с их страной. Подтягиваются еще двое, появляется угощение — поднос с горячим чаем, сахаром, орешками. Восток, есть Восток — проявление гостеприимства у людей в крови.

Парни рассказывают, что летом здесь бывает много иностранных туристов, но зимой восхождения делаются редко, из-за непредсказуемой погоды и ветров на вершине, несущих опасность попасть в облако серных газов. А до вершины от подножия, ни много ни мало, еще два с половиной километра. Особый интерес вызывает машина.

Да, не избалованы иранцы иномарками, тем более, японскими. Москвичу приходится прочитать целую лекцию о характеристиках и достоинствах «Субарика». Пообщавшись около часа, решаем, что время истекло. На прощание дарим «хозяевам» горы небольшие российские сувениры, делаем фото на память…

…и возвращаемся к поселку Дамаванд.

Чтобы не повторяться, к трассе едем другой дорогой, и это — наша ошибка. Попадаем в огромную пробку, созданную тегеранцами, выехавшими в выходной день для отдыха на природу. Колонна из сотен машин еле плетется, ...

… еще большее количество припарковано на обочинах.

Их счастливыми хозяевами и пассажирами усыпаны склоны и подножия гор. Идет массовое катание на … надутых автомобильных камерах. То там, то сям видны дымы костров, группы людей располагаются на коврах, расстеленных прямо на снегу, через дорогу снуют десятки человек. Тот еще табор.

Тем не менее, как-то все потихоньку едут. Может, благодаря полицейским, которые, пытаются отрегулировать это броуновское движение,…

…но скорее, из-за самоорганизации и взаимной вежливости людей.

Даже среди этого автомобильного стада любопытные иранцы нашу машину выделяют. Время от времени слышим гудки сзади, возгласы, сопровождаемые приветственными жестами с обочин и из проезжающих мимо машин. Нередко несется: «Ру-сия, гу-у-д!». Видя такое отношение, открываю окно и снимаю все подряд, отвечаю на приветствия. Черт, возьми, как все же приятно людское внимание.

Потеряв чуть не два часа, выбираемся на «мешхедскую» трассу. К вечеру успеваем доехать до города Семнан. Итого, за день на одометре добавилось всего около трехсот километров. Не густо.

На ночлег устраиваемся в гостинице «Мехмандарие Джемхангарди» — гостевом доме иранского туристического агентства. $31 за трехместный номер с завтраком и парковкой.

Это, кстати, была последняя гостиница за всю поездку, которую предложил мой навигатор. Больше в загруженной в него «левой» карте планов посещенных городов не оказалось. Но это не мешало везде находить отели примерно такого же уровня комфорта и ценой до $40 за трехместный номер. Выручала «Сас-планета».

Чтобы не быть обвиненным в рекламе, в первый и последний раз привожу интерьер номера и холла отеля. Но никуда от факта не денешься — отельный бизнес в Иране весьма развит. Везде, даже в самых маленьких городках можно найти приличную недорогую гостиницу. Как правило, она будет с завтраком и парковкой.

На следующий день уделяем время для беглого знакомства с Семнаном. Хотя город этот стоит большего внимания, как крупный промышленный и научный центр. Рядом с ним в пустынной местности находится иранский космодром Семнан. Так что, это еще и центр космических исследований.

Но в нашем перечне достопримечательностей значатся лишь крепостные ворота и соборная мечеть в городке Мехдишехр, чуть севернее Семнана. Сначала туда и направляемся.

Мечеть находим быстро. Это, действительно, красивое сооружение, расположенное на склоне горы, откуда открывается панорама городка.

Смотрим, фотографируем и возвращаемся в Семнан.

На одной из улиц, как и везде, заполненных машинами, …

Учебный автомобиль.

…находим искомые ворота — все, что осталось от крепостной стены, когда-то опоясывавшей город. Снова съемка — можно ехать дальше.

Кстати, раз уж вставил фото с учебным автомобилем, приведу интересный факт. В Иране новоиспеченные водители получают на год права, разрешающие ездить только в своем регионе или крупном городе. При этом они должны наклеить на автомобиль соответствующий знак. И только при безаварийной езде в испытательный срок права заменяются полноценными. В этом, кажется, есть рациональное зерно.

На выезде заправляемся. Здесь, к счастью, имеется бензин «супер» (аналог 95-го) по 8 руб. за литр. После первых двух заправок выяснилось, что «форик» плохо «переваривает» иранский 92-й бензин («несупер», «регуляр»), так что в дальнейшем старались заправляться дороже, но качественнее. Хотя в прошлом году поступали наоборот. «Фиатику» было все равно, какой бензин.

Вперед продвигаемся без какого-либо графика. Есть генеральное направление — на Мешхед, а в пути действуем по обстановке, стараясь посетить намеченные достопримечательности.

Осматриваем старинные крепости и заброшенные караван-сараи,…

…заезжаем в нет-нет, да встречающиеся возле трассы, необитаемые или еще сохранившие остатки жизни глинянные деревни,…

…любуемся разворачивающимися перед глазами природными красотами.

Обычно на пассажирском сиденье мгновенно «отрубаюсь». Здесь же дорога настолько интересная, что держит постоянно в напряжении, заставляет прикидывать, какой может получиться кадр, и как его лучше сделать, с остановкой или в движении. Пейман на заднем сиденье занимается навигацией по компьютеру, а моя задача — лишь вовремя попросить сделать остановку или поймать мгновение через открытое окно. Начинаю понимать преимущество, в некотором роде, путешествия пассажиром.

Это не сура из Корана — всего лишь, реклама электроинструмента.

Так обозначен отворот в аэропорт местного значения.

Возле города Дамган уходим с трассы и едем в сторону гор. В паре десятков километров на север находится одна из достопримечательностей, намеченных к посещению — оазис Чешме Али. Этот рукотворный сад известен уже больше тысячи лет и все это время являлся излюбленным местом отдыха и приложения сил многих поколений правителей региона.

Оазис находится на окраине села, куда, в конце концов, и прибываем. Ворота закрыты. Ни людей, ни охраны. Местный житель, остановившийся полюбопытствовать, кто мы такие, поясняет, что зимой сад открывается для посетителей всего лишь пару дней в неделю. Он же советует войти в сад со стороны села, где есть открытая калитка. Так и поступаем.

Первые впечатления — летом это райское место. Огромный пруд с золотыми рыбами и проточной водой из горного ручья. Вековые платаны, дорожки, беседки, построенные прямо на воде. Недалекие горные вершины, тишина и покой – все располагает к неге и отдыху. Даже зимой простая невычурная красота архитектуры и ландшафтного дизайна этого места приводит в восторг. Эмоции передать словами сложно, но к счастью, есть фото. Полюбуйтесь вместе с нами.

Прогулка и фотографирование занимают около часа. Садимся в машину и возвращаемся на трассу.

Город Дамган проезжаем без остановки, практически по объездной дороге. Сказать о нем ничего не могу, кроме того, что это крупный научный, промышленный и университетский центр. О том, что здесь работает один из иранских автозаводов «Иран ходро», рассказывает Пейман, а вот университет видим собственными глазами.

Поражает огромный университетский кампус площадью в несколько квадратных километров, который представляет собой сплошную строительную площадку. Похоже, иранское правительство не сосредотачивает интеллектуальные силы страны только в столице, а старается развивать науку и в провинции.

По мере продвижения на Восток все сильнее холодает. Просторы, лежащей справа пустыни Деште Кевир, становятся белыми от снега.

Да, и не мудрено. Ведь, высота местности над уровнем моря растет и перед городом Себзевар составляет уже около километра.

В этот небольшой городок прибываем под вечер, когда вершины гор еще освещены лучами заходящего солнца, а подошвы уже скрывает мгла.

По времени можно бы ехать еще минимум два часа и преодолеть оставшиеся 240 км до Мешхеда, но хозяин нашего авто принципиально не ездит ночью. Других вариантов, как вы знаете, нет. Ну, что же, пусть так.

Гостиницу «Камелия» находим прямо на въезде в город. Трехместных номеров не оказывается, дают четырехместный за 930 руб. с троих.

Ужин, душ. Еще один день оставляет свой след, лишь в памяти, в фотоаппарате, да на половинке тетрадной странички.

Странное дело. Вроде, в этой поездке избавлен от необходимости крутить руль, держать в напряжении внимание, заботиться о машине, но когда вечером голова касается подушки, проваливаюсь в небытие. Оказывается, не так уж легка пассажирская доля!

Утром по главной улице проезжаем город насквозь. Никаких достопримечательностей здесь не отмечено. Лишь по просьбе Пеймана посещаем мавзолей персидского философа и поэта 19 века Хаджи Сабзевари (как понял, типа нашего Одоевского В.Ф.), …

…да заглядываем по дороге в городской парк. Очень необычными показались здесь, на краю пустыни, стройные сосны и замерзший фонтан.

На выезде из города прямо на дороге замечаем странную колонну женщин в разномастных одеждах в сопровождении машины. Впереди колышется зеленое знамя.

Мелькает мысль: «Шахидки, что ли?».

Но Пейман, словно поняв без слов, поясняет: «Паломницы. Идут пешком в Мешхед поклониться гробнице Имама Реза — восьмого шиитского имама, потомка пророка Мухаммеда. Имам Реза очень почитаем в исламском мире. Его гробница в Мешхеде является одним из святых мест в Иране, которое, хоть раз в жизни, должен посетить каждый шиит.

Паломничество же пешком — самое «крутое».  Собственно, и нашей целью Мешхед является из-за желания познакомиться с грандиозным комплексом-мавзолеем Имама Реза.  Обогнав колонну на приличное расстояние, останавливаемся. Достаю «телевик» и делаю снимок. Думаю, читателям тоже будет интересно взглянуть, как укрепляется один из столпов, на которых стоит Иран.

Ближе к Мешхеду еще не раз встречаем такие колонны, причем, каждая состоит только из женщин или мужчин. Парочку снимаю уже открыто. И ничего при этом не происходит. Лишь из толпы слышны выкрики: «Where are you from?».

Когда узнают, что из России, приветственно машут руками.

Следующая остановка в городе Нишапур. Заезжаем туда целенаправленно. В этом городе находится могила его уроженца, всемирно известного ученого и поэта, философа XI века Омара Хайяма. Хотим почтить память великого человека, которого, вот уже тысячу лет, помнят потомки и восхищаются его философскими, полными глубокого смысла четверостишиями — «рубаями». О жизни, о смерти, о любви, о предназначении человека. Многие из них актуальны и сейчас.

Город расположен у подножия горного хребта Байналуд, …

… а гробница поэта на окраине города в тенистом саду. Находим быстро.

В конце длинной аллеи из сосен над могилой сооружен своеобразный шатер, …

… на котором художественным шрифтом «насталик» начертаны бессмертные строки «рубай».

 Много лет размышлял я над жизнью земной.
 Непонятного нет для меня под луной.
 Мне известно, что мне ничего не известно!
 Вот последняя правда, открытая мной.

Несколько минут почтительного молчания над могилой поэта — пара вечеров по возвращении домой, проведенных за чтением его стихов.

Уже перед тем, как сесть в машину, осматриваем небольшую выставку национальной одежды, которую носили женщины до исламской революции. По мне, так лучше бы и продолжали ее носить. «Цветы должны стоять в красивых вазах».

Дальше — обед в ближайшей харчевне, снова дорога, еще какие-то штрихи иранской жизни.

Обогнув горы Байналуд, прибываем в священный город Мешхед.

Это второй по численности населения (ок. 5 млн. чел.) и по значению город Ирана, крупный промышленный, научный и культурный центр. Но это для жителей он — место приложения сил. Для остальных иранцев — город святынь и паломничества.

Вот, к одной из них — мавзолею Имама Реза — и прибываем.

Фото из Интернета

Останавливаемся на одноименном проспекте. Сразу обращает на себя внимание большое количество людей с чемоданами, в белых одеждах. Это паломники.

Надо искать гостиницу. Впрочем, гостиницы на обеих сторонах улицы, но они — явно не наши. Отпугивают своей роскошью и нарисованными *****. Пока решаем, куда податься, то и дело подбегают «мальчики-помогайчики» с предложениями жилья. Отвергаем. У нас есть свой помощник. И действительно, ближайшая параллельная улица вся оказывается «утыкана» вывесками «Hotel».

Выбираем не самую броскую. Результат — 500 руб. с троих! Подземный паркинг и завтрак — в цене. В номере все есть. «Халява»!

Располагаемся, приводим себя в порядок, ужинаем и пешком идем к мавзолею. Стемнело. Город предстает в огнях иллюминации и суете вечерней жизни.

У мавзолея столпотворение.

Даже не наметанным взглядом видны несколько цепей охраны, на входе личный досмотр. Увы, в этот раз обаяние Пеймана не помогает — фотоаппараты приходится сдать в камеру хранения, обувь тоже. Дают полиэтиленовые бахилы.

Огромный двор устлан коврами! Сотни ковров! В центре главная мечеть, та, что под золотым куполом. В принципе, похоже на религиозный комплекс в Куме на месте захоронения Непорочной Фатимы, родной сестры Имама Резы, где были в прошлом году.

Заходим в мечеть, попадаем на проповедь. Впечатляет, когда несколько тысяч мужчин разного возраста, сидя на полу, в полной тишине слушают одного. Пейман коротко переводит. Проповедник говорит простые вещи: о помощи ближнему, о семейном долге, о поклонении Аллаху и т.п. Идет трансляция по TV. Ничего не понимаем, но атмосфера гипнотизирует. Думаю, когда люди, осознанно слушающие подобные проповеди, попадают на поле боя (не дай Бог, чтобы это случилось!), они их обязательно вспоминают.

Ну что же, идем дальше. Пейман, пользуясь случаем, хочет прикоснуться к гробнице святого.

Огромная очередь в несколько рядов. По мере продвижения к гробнице возрастает количество служителей, организующих толпу. Делают они это легкими касаниями опушенных «султанчиков». Но перед гробницей плотность и нетерпение людей нарастают, и уже никакая охрана не может сдержать фанатичного стремления прикоснуться к святыне.

Все-таки, «пропихиваем» Пеймана к стеклянному саркофагу. Выполнив свой долг, он присоединяется к нам.

На этом осмотр мавзолея заканчиваем и возвращаемся в гостиницу. Подходит к концу еще один полный впечатлений день.

С утра остается лишь прикупить сувениры, да хотим все же, как-то снять мавзолей. С земли, из города это сделать хорошо невозможно. Пытаемся обратиться к администрациям нескольких, расположенных близ мавзолея, высотных гостиниц, чтобы разрешили подняться на верхние этажи. Везде отказ, даже за деньги. Дескать, съемка только по разрешению «компетентных» органов. Что за военная тайна?

Ну, нет, так нет. Интернет пестрит этими фото.

Затариваемся сувенирами и местными пряностями.

Мимоходом делаю еще несколько фото утреннего города.

Уже собираемся идти к машине, как внимание привлекает странная процессия людей в зеленых одеждах. Движение колонны сопровождается звуками печальной песни, несущейся из динамиков, и ритмичным боем барабанов.

Вот толпа останавливается на другой стороне площади и выстраивается в две шеренги. В такт барабанам видны взмахи рук. Спрашиваю Пеймана: «Что это?». Отвечает: «Это плакальщики. Выражают свое сожаление по поводу гибели Имама Реза, а для пущей убедительности бьют себя цепями по спине».

Такое действо пропустить нельзя. Идем смотреть.

Когда пробираемся ближе, вокруг уже стоит толпа зевак. Протискиваемся к ограждению. Только ради этого зрелища стоило приехать в Мешхед. Люди, похоже, находятся в трансе и, отнюдь, не имитируют удары.

В действе участвуют даже дети!

Пейман поясняет, что до недавнего времени удары наносились саблями. Было много крови. Видимо, из эстетических соображений, такой способ запретили, перешли на цепи. Да-а-а! На месте «америкосов» поостерегся бы соваться в эту страну! Здесь любят только гостей. Наконец, процессия направляется к мавзолею, а мы — на выезд из города.

Наша очередная цель — город Табас в глубине пустыни Деште Кевир, промежуточный пункт на пути длиной 800 километров к городу Йезд. Едем на юго-запад. Еще какое-то время продолжается зимний пейзаж,…

…но уже вскоре снежный покров исчезает, горы остаются позади. На десятки километров вокруг простираются ровные как стол, безжизненные пространства.

Однако, оторванными от цивилизации себя не чувствуем. Во-первых, дорога, как артерия жизни, постоянно напоминает о ее существовании, где-то там, на краю пустыни. Во-вторых, нет-нет, да встречаются следы деятельности и пребывания человека: глиняные деревушки с такими же мечетями, …

…сады,…

…каменоломни.

Минуем несколько небольших городков-оазисов: Торбат-Гендарие, Гонабад, Фердоус.

Где-то обедаем, где-то заправляемся. Не доезжая несколько десятков километров до Табаса, начинается настоящая песчаная пустыня с барханами и верблюжьей колючкой.

Ага, значит, где-то близко находится знаковое для иранцев место бесславного провала американской операции «Орлиный коготь» в 1979 году.

Читатели старшего поколения наверняка помнят эту нашумевшую историю, когда американцы попытались освободить своих заложников в посольстве в Тегеране, направив в эту пустыню, как промежуточный пункт, пару десятков вертолетов с десантниками и несколько самолетов С-130. Однако налетевшая пыльная буря разметала армаду. Потеряв половину вертолетов и один заправщик С-130, коммандос позорно бежали на свою базу в Омане.

Вот к этому месту, в конце концов, и прибываем. Ориентиром служит блестящий купол мечети, возведенной во славу Аллаха, наславшего на врагов Ирана и исламской революции природный катаклизм.

Само же место разыгравшейся трагедии огорожено забором из колючей проволоки и сопровождено информационным щитом с кратким описанием событий.

В качестве памятников оставлена пара покореженных американских вертолетов, да иранский сожженный автобус, который на свою беду проезжал мимо после приземления армады. Смотрим, фотографируем.

Как сувенир, забираем с собой найденную стреляную гильзу от автомата «калашникова» …

…и едем дальше.

В Табас прибываем уже под вечер. Решаем заночевать здесь. Ведь, в компьютере — в самом городе и окрестностях — отмечено несколько достопримечательностей. Кров находим в кемпинге на окраине городка. 500 руб. с троих, но без завтрака. Не особо и надо — своей еды полный багажник. Главное — есть горячий душ и машина рядом.

Утром едем осматривать мавзолей Хусейна ибн Мусы Козен — брата Имама Реза. Мавзолей существует с XI века. В 1979 году был разрушен восьмибалльным землетрясением и впоследствии восстановлен в первоначальном архитектурном стиле.

На территории торжественно и тихо. Начинается комплекс с мемориального кладбища героев ирано-иракской войны.

Сам мавзолей — величественное сооружение, богато украшенное керамическими изразцами.

Здесь Пейману удается договориться с охраной о съемке внутри, чем незамедлительно и пользуемся.

Внутри помещение отделано мириадами зеркалец.

Саркофаг традиционно изготовлен из зеленого стекла и облицован серебром:

Поклонение святому.

Завершив осмотр и съемку, возвращаемся к машине. И тут, самое время рассказать об эпизоде, который, как нельзя лучше характеризует иранцев. Собираясь уложить фотоаппарат, не обнаруживаю кофра с телеобъективом и всеми причиндалами — зарядкой, аккумуляторами и пр.

Вспоминаю, что, когда фотографировали друг друга, поставили его на лавочку, и там забыли. Побледневший Пейман идет обратно на территорию комплекса и через несколько минут возвращается с «пропажей». Кофр так и находился там, где оставили, только кто-то поставил его рядом с лавочкой, чтобы меньше бросался в глаза. А ведь, помимо служителей и уборщиков комплекса, в это время на территории бродило немало и посетителей. Слава Аллаху, никто не прельстился чужой вещью!

Теперь едем в город смотреть старинный сад Гольшан, созданный в XII веке шахом Табаса.

Находим его без проблем. Пейман настолько освоился с программой «Сас-планета», что находит достопримечательности по их изображениям на экране компьютера и отдает команды на нужное направление движения.

Сад представляет собой тихое уединенное место на окраине городка, засаженное различными породами деревьев и цветами.

Очень необычно видеть сосны, растущие рядом с пальмами.

Традиционный водоем…

…и его обитатели.

А это отдыхают обитатели городка — одни из немногих посетителей в этот день. Они и рассказывают, что рыбу для пеликанов ежедневно доставляют за счет города.

Ну, что же, осмотр закончен, возвращаемся к машине. Здесь, неожиданно для себя, видим что-то родное. Неисповедимы пути господни — это фирменная табличка завода-изготовителя! Мотоцикл с названием «Волга»!

Покидаем Табас и едем в ближайшие горы — смотреть водохранилище и местный «Большой каньон».

Пару десятков километров по горам — и мы у цели. Очень красиво смотрится бирюзовое рукотворное «море» среди серых глинистых скал.

Летом бы обязательно искупался, но сейчас, при температуре + 10, такого желания не возникает.

Дорога бежит вдоль ущелья. Поднимаемся выше. Вот, и каньон. До американского аналога ему, конечно, далеко — раз в двадцать меньше по размеру, — но тоже впечатляет.

Замечаю, что поляна на краю каньона расчерчена какими-то линиями. Иду смотреть. Вот те раз! Думали, едем в дикие места, а это посажен молодой сад, и к каждому деревцу подведена пластмассовая трубочка для полива. Да, вода здесь — это жизнь, и ее приносят люди. Даже сюда.

Закончив фотографировать, покидаем это место.

Пересекаем горы и снова попадаем в пустыню. Только теперь она в точности соответствует своему названию. Деште Кевир — соляная пустыня.

Едем вдоль солончаков десятки километров, пока на пути не встают очередные горы.

За ними ландшафт меняется. Местность приобретает гористый характер. Невысокие хребты сменяют друг — друга.

После пересечения одного из них натыкаемся на крепость на вершине холма.

Поясняющая табличка гласит, что это крепость Хор, построенная в XVI веке с дозорной целью и для обороны поселения, лежащего внизу. Да, в те времена она, как замОк перекрывала единственную дорогу, ведущую в долину. Смотрим, фотографируем, лазим и едем дальше.

Поскольку сегодня не обедали, решаем устроить пикник. Находим укромное местечко за холмом рядом с дорогой и разбиваем лагерь.

Тушенка варится с «дошираком», на закусь — консервированные овощи, на третье — чай со сгущенкой. Все проходит на ура. Сытые и довольные, продолжаем путь. Как и везде в южных краях, темнота наступает внезапно, на дорогу опускается ночь.

Вскоре появляется россыпь огней в полгоризонта. Это город Йезд, где не удалось побывать в прошлую поездку.

Город встречает «триумфальными» воротами…

… и красиво подсвеченным мавзолеем Мухаммада ибн Джафара — сына одного из почитаемых имамов.

Чтобы не возвращаться сюда завтра, решаем зайти сейчас.

Не знаю, насколько велик был сам Мухаммад, но мавзолей ему построен, действительно, красивый.

Ладно, посмотрели, ищем гостиницу. Поиски не затягиваются. На одной из центральных улиц заселяемся в отель «Рошан» («Свет») за 650 руб. с троих со всеми атрибутами.

Утром, чтобы самим не тратить время, через администратора гостиницы вызываем такси с водителем, хорошо знающим город.

Объясняем задачу — показать главные достопримечательности — и отправляемся на экскурсию.

Сначала Хуссейн — так зовут таксиста — привозит к главной святыне зораастрийцев — храму огня. Йезд — главный в Иране центр этой древней религии, дошедшей до наших дней, несмотря на все гонения.

Со слов экскурсовода, огонь, что в храме, передавался из поколения в поколение и не гаснет уже в течение полутора тысяч лет. Вызывают уважение люди, сумевшие сохранять и поддерживать его вместе со своей верой столь длительный срок.

Дальше едем в сад Долат Абад — оазис в самом центре города, за крепостной стеной.

Потом следуют: музей воды, …

…шахские бани, …

… темница Александра, …

… пятничная мечеть Джаме.

Здесь, во дворе мечети происходит интересная встреча.

С фотоаппаратом разгуливает парень в красной косоворотке, рыжий, явно не местного обличья. Подхожу, спрашиваю по-английски, откуда он? Тот, тоже на английском, говорит, что из Украины, из Киева.

Огорашиваю его: «Расслабься, дружище, переходи на русский». Радости славянина нет предела. Он один, вот уже две недели, переезжает из города в город, знакомится со страной. Ивану (так зовут парня) всего 22 года, и он с Ирана решил начать смотреть мир. Хорошее начало!

Представляю его своим попутчикам, удивляю способом нашего передвижения. Фотографируемся и расстаемся, обменявшись адресами.

Много еще чего успеваем посмотреть и сфотографировать до двух часов — времени, оговоренного с Хуссейном. Все фото не буду приводить. В формате данного отчета это неуместно.

Но вот главную архитектурную достопримечательность Йезда — бадгиры — своеобразные кондиционеры, улавливающие ветер, представлю во всей красе.

Обедаем вместе с Хуссейном, расплачиваемся с ним (хотел 300 руб., даем 500) и просим по-быстрому вывести на дорогу, ведущую в город Керман. Наша «ошибка». В этом направлении находится дом Хуссейна, и он хочет, чтобы мы, хоть на полчаса, заехали к нему в гости. Как ни отбиваемся, приходится согласиться.

Как водится в таких случаях, полчаса растягиваются на полтора, но хоть имеем теперь представление, как живут иранские таксисты, вернее, учителя.

Ведь, Хуссейн и его жена до выхода на пенсию более двадцати лет отработали в школах. Воспитали и выпустили в жизнь двух сыновей и еще завели на старость третьего ребенка — дочку, которой всего 9 лет. Вот и приходится отцу семейства подрабатывать ради дополнительного дохода.

Наконец, благодарности выражены, сувениры вручены, поклоны отбиты, E-mail-ы записаны — выезжаем в город Керман.

До города 360 километров отличной трассы, но на месте оказываемся уже затемно. Город расположен на высоте 1,8 км. Приходится лезть вверх и петлять по горам.

Когда забираемся на высоту, начинается дождь, продолжающийся до утра.

Сразу на въезде в Керман видим вывеску «Нotel». Обращаемся. Получаем странное заявление, что иностранцев они не обслуживают. Чуть дальше еще отель. Здесь просят 1800 руб. с троих. Не привыкли мы к таким ценам! Ловим таксиста и он за 50 руб. сопровождает к отличному отелю на другом конце города с приемлемой ценой — 1100 руб. Размещаемся, ужин своими запасами — спать.

С утра из окна гостиницы Керман предстает унылым плоским городом под хмурым небом.

На обочине дороги «тусуется» группа иранских гастарбайтеров — афганцев, ждущих работу.

Видеть их здесь закономерно. Афганистан — соседняя страна, где, кроме как выращивать мак, да воевать, делать нечего. Керман — большой город, центр горнорудной промышленности Восточного Ирана. Строительство, обслуживание, торговля — немало мест приложения сил дешевых рабочих-иммигрантов.

Исторически значимых достопримечательностей в Кермане нет, да и не за ними сюда приехали. Но об этом ниже.

Но, раз уж попали в город, стоит его, хоть бегло, осмотреть. А может, и прикупить чего. Ведь Керман славится своими медными изделиями.

Итак, едем в город. Рассчитываемся за гостиницу, забираем паспорта. Вручаю даме на рецепшне небольшой сувенир и, обнаглев, прошу сфотографировать. Как потом еще не раз убедился, иранские женщины не только не горят желанием скрыть свои лица под паранджой, но и с удовольствием их демонстрируют, в том числе, перед объективом. В прошлом отчете уже отмечали: у многих есть, что показать.

Ну, а наша «хозяйка» — вот такая.

Едем на своей машине. Куда? На рынок. Со слов Пеймана, все, более-менее интересное, там и вокруг него.

Рынок находится в центре города, куда и направляемся по утренним, пока еще пустым, улицам.

По дороге наблюдаю и фиксирую сюжеты обычной городской жизни. Пейман комментирует.

Это очередь не за пивом, а в магазин очков.

Свидание? Скорей всего, супруги.

На рынке паркуем машину на платной стоянке. О цене даже говорить нечего, настолько она мизерна по нашим понятиям. А вот за фото парковщик просит, аж 50 рублей! Бери! За такой колорит не жалко и больше.

По дороге к рыночным воротам все — то же, что и у нас.

«Кучкуются» в ожидании клиентов таксисты,…

… «Пейканы» (читай «Газели») завозят товар,…

…уже на подходе идет торговля всякой всячиной.

Но серьезные торговцы занимают места внутри рынка — огромного по площади квадрата с торговой галереей по периметру. Когда-то, видимо, это был караван-сарай.

Как и на всяком восточном базаре, чего тут только нет, начиная от тканей и ковров,…

…заканчивая предметами бытовой утвари.

Медные «тазики». У самых больших V ~ 1200 литров. Ни одного шва!

Место продажи «тазиков» заинтересовывает. Рядом торгуют более «ювелирными» медными изделиями.

В одной из лавок «отовариваемся» — покупаем чеканные подносы, наподобие того, что на двери. Цена?… Да, сдается, кусок меди, из которого он сделан, у нас стоит дороже. Ладно, не буду интриговать — от 150 до 250 рублей, в зависимости от размера.

Наш продавец доволен, как и мы.

Сделав покупки, отпускаем Пеймана для его бесконечных разговоров по телефону. Наш иранский друг, даже здесь, за две тысячи километров от дома, продолжает дистанционно работать. Мы же разбредаемся в самостоятельные «странствия» по базару.

Недалеко от фонтана, возле одной из арок замечаю какую-то толпу. Любопытство берет верх. Подхожу, протискиваюсь вперед.

Ба-а-а! Да, тут надо доставать фотоаппарат! Какой-то местный «супермен», решивший «подшабашить», развлекает народ. Фотик наготове, снимаю. Что-то из трюков удается.

Сальто через голову — для его возраста совсем неплохо — встречается одобрительным гулом.

А вот разбитие кирпича рукой не идет. Как результат — смех и, видимо, язвительные комментарии.

Еще бы посмотрел, да цепляется цыганка. Они и в Иране такие же, как у нас. Как огня их боюсь. Заговорит, даже не зная русского языка. Спасаюсь от нее бегством, а тут, на счастье, и Пейман навстречу.

Разыскиваем Москвича и решаем, что делать дальше. Уже собираемся уходить, да тут Пейман вспоминает про какую-то баню, которая находится в этом караван-сарае. Причем, объясняет, что там люди из… свечек. Что за чушь? Только, когда поясняет, что люди не живые, догадываюсь, что это восковые фигуры. Оказывается, он не знал такого выражения на русском языке.

Интересно, идем. Из торговой галереи сворачиваем в неприметный боковой коридор. Попадаем в большой зал. Это, действительно, когда-то была баня.

А сейчас в ее помещениях воспроизведены сюжеты банного ритуала из прошлого.

Народ с интересом ходит, смотрит. Много молодежи.

С одной стороны, им тоже, наверное, любопытно взглянуть, как жили предки. А с другой… Все же, не избалованы иранцы зрелищами, особенно в глубинке. Может, это и к лучшему. Ведь, все остальные стОящие достижения цивилизации им вполне доступны.

Поснимав отделку и интерьеры бани,…

…возвращаемся в галерею.

Идем на выход из базара. Втихаря «от живота» снимаю идущий навстречу народ.

Уже на улице, на пути к машине «цепляю» красивые купола.

На этом знакомство с Керманом заканчивается.

Начинается поездка к самой, пожалуй, интересной природной достопримечательности за все путешествие.

Долго, начиная еще с этапа планирования маршрута, уговаривал Москвича туда съездить. Но ему это казалось опасным — недалеко начинается иранская провинция Белуджистан.

Местность эта называется Калутс. Находится в пустыне Лут, в 120 км восточнее Кермана, на дороге, ведущей в Пакистан. Информацию нашел в интернете, а на фотографиях она показалась очень похожей на американскую Долину Монументов.

Итак, едем. Покидаем Керман и углубляемся в горы.

Чтобы попасть в пустыню Лут, необходимо преодолеть хребет со смешным названием Банан, протянувшийся с севера на юг восточнее города. Название-то смешное, а вот высоты вполне серьезные. Главная вершина хребта вздымается почти на 4000 метров.

Тем не менее, дорога проложена, асфальт отличный, преодолеваем эту преграду.

На другой стороне хребта высота местности падает до нескольких сотен метров, температура воздуха подскакивает до + 25 градусов. Начинается бескрайняя пустыня Лут.

Долго едем по песчаным предгорьям, где ничего не растет, кроме саксаула или чего-то подобного.

А потом и эта растительность пропадает. Среди голого песка начинают появляться скальные образования, похожие на столбы.

Чем дальше едем, тем более они приближаются к дороге.

В конце концов, доезжаем до места, где скалы, одна причудливее другой, окружают со всех сторон. Реально, впечатление такое, что ты на Марсе. Только почему-то тепло и можно дышать.

Съезжаем с трассы и погружаемся внутрь этой фантасмагории форм, света и теней. Остается лишь, выбирать и фиксировать наиболее изощренные творения природы, проявлять всю свою фантазию и умение фотографа в выборе кадра. Не буду ничего комментировать, просто смотрите.

И это в разгар дня, хоть и зимнего. Представляю, какой тут простор для творчества художника и фотографа на закате и восходе. А ведь, дорога «цепляет» только край полосы этих выветриваний, которая тянется поперек вглубь пустыни на полсотни километров.

Эх, жаль, что мы не на «джипе» с хорошими колесами! Переночевать и встретить рассвет среди этих диких скал, вдали от дороги и цивилизации — какое приключение может быть более захватывающим?!

Однозначно, американская «Долина Монументов», с ее индейцами и сервисом, ОТДЫХАЕТ!

Но у нас просто «Форик», и к вечеру должны успеть доехать до городка Райен. Завтра там ждет не менее интересное знакомство с древней крепостью. Поэтому, хоть и с сожалением, но покидаем эту прекрасную местность Калутс.

Обратно едем другой дорогой, с восточной стороны хребта Банан, которая должна вывести нас прямо к Райену.

Успеваем засветло «прихватить» еще какую-то небольшую глиняную «крепостцу» возле одной из деревень,…

…которая, при ближайшем рассмотрении, оказывается вовсе не «крепостцой», а заброшенной кошарой для животных с подземным водоемом.

А вот попытка снять недалеко от нее стаю бродячих собак, чуть не заканчивается плачевно. Приходится спасаться бегством.

В город въезжаем около восьми часов вечера, уже по темноте. На единственной большой улице никаких отелей. Обращаемся к местным жителям.

Оказывается, дважды проезжали мимо неприметного двухэтажного здания туристического комплекса «Крепость Райен». Находим. Впечатления не лучшие. Нет горячей воды и машина на улице. Заверяют, что никто не тронет. Но зато — новинка. В стоимость, помимо завтрака, включен ужин. 700 руб. за все. Ладно, выбирать не из чего, и нам не привыкать. В сравнении с азербайджанской приграничной норой, это — апартаменты. Через час подкрепляемся и валимся по кроватям. Еще один день позади. Очень неплохой день!

Утром обсуждаем планы…

…и едем вчерашней улицей к крепости Райен…

Эта незаурядная достопримечательность — тоже результат поисков в Интернете. VI век, эпоха Сасанидов. Единственное на сегодняшний день фортификационное сооружение подобного рода и размеров в Иране, сохранившееся в неизменном виде.

По пути останавливаемся в центре, возле красивой часовни.

Пока Пейман с Москвичом исследуют ее изнутри, решаю купить сигареты.

Восемь часов утра, и магазины еще не работают. Возле одной из открытых продуктовых лавок беседуют два аборигена пожилого возраста. Один, похоже, хозяин. Подхожу, здороваюсь, спрашиваю: «Сигар хаст? (сигареты есть?)». Что-то говорят, показывают на другую сторону улицы. Естественно, ничего не понимаю. Видя это, один встает и жестом предлагает следовать за ним.

Подходим к одной из закрытых лавчонок с неприметным окошком. Стучит, окошко открывается. Что-то спрашивает, подзывает жестом.

Заглядываю в окно — хозяйка «мечет» на стол блоки сигарет разных марок. Тычу пальцем в нужные, расплачиваюсь и, приложив руку к сердцу, возвращаюсь к машине. Потом, вместе с Пейманом опять иду к «аксакалам» и благодарю дедушку уже словами.

Такие, казалось бы, простые поступки иранцев, поверьте, откровенно трогают. И это было не раз.

К крепости подъезжаем, когда вход в нее еще закрыт.

Обхожу пока фортификацию снаружи. Ну, что же, творение инженеров того времени впечатляет даже сегодня.

Тем более, что единственным строительным материалом в их распоряжении была… глина.

Во время обхода крепости забредаю на кладбище. Здесь, как и во многих других местах, бросаются в глаза портреты героев ирано-иракской войны.

Братья?

Скорее всего, это была война за чьи-то интересы. Но для родственников не важны разъяснения причин. Им нужна память о погибших мальчишках. Убедился за две поездки в Иран, что они ею не обделены по всей стране.

Невольно напрашиваются сравнения. Да, что об этом говорить…

Тем временем, крепость открывается, начинают пускать посетителей. Билеты… смешно — 5 рублей. Видимо, наши туалеты имеют бОльшую «историческую» значимость. Ладно, заходим. Внутри целый город с домами, улицами и цитаделью правителя.

Лазим, исследуем.

Потом взбираюсь на стену. Наверху она не широкая. Только-только могут разойтись два человека. Зато, какой обзор и возможности для обстрела тех, кто внизу!

А это материал, из которого все сделано.

У нас в средней полосе он называется «саман» — глина с соломой в качестве армирующего наполнителя. Будучи высушенным, является довольно прочным композитным материалом. Боится только прямого воздействия дождя. Но здесь их нет. Вот и дошли эти постройки до наших дней.

Потратив на экскурсию внутри крепости около часа, выходим наружу. Здесь уже толпа студентов-экскурсантов, приехавших на автобусе. Готовятся наполнить своим шумом и гамом сей «островок истории». Вовремя мы в нее окунулись.

Райен находится среди невысоких горных хребтов. Но одна из вершин — Хазар, что в 15 километрах от города, совсем не рядовая — 4 420 метров. Недалеко от горы находится мощный красивый водопад.

Едем смотреть.

Приблизившись к вершине Хазар, долго ждем, когда ветер раздует облака и можно будет снять ее во всей красе. Но нам не везет. Сквозь туман лишь угадываются очертания пика.

К водопаду ведет неширокая асфальтированная дорога. По мере продвижения вверх она покрывается льдом, а ближе к месту стоянки машин и вовсе превращается в каток. Хорошо, что мы на зимней резине!

На стоянке одна легковушка. Людей нет. Дальше ведет пешеходная тропа. Пейман читает на табличке, что до водопада полтора километра. Решаем, что это не много.

Но не успеваем пройти и двести метров, встречаем троих иранцев, идущих сверху. Поясняют, что без специальной обуви идти до водопада крайне опасно — сплошной лед. Они не пошли и возвращаются. Черт возьми! И в этом не везет! Идем назад к машине.

Еще утром, обсуждая планы на день, решаем, что крепость в Райене это хорошо, но быть в двух ста километрах от ее всемирно известной «старшей сестры» — крепости в городе Бам и не посмотреть, что она собой сейчас представляет, было бы не логично.

Дело в том, что эта крепость — объект всемирного наследия ЮНЕСКО, одно из древних укреплений на Великом Шелковом пути. В 2003 году крепость и город Бам были стерты с лица земли девятибалльным землетрясением. Погибло тридцать тысяч человек — половина жителей Бама. Город правительство быстро восстановило, а о состоянии крепости сведений нет даже в Интернете.

Вот и хотим, так сказать, провести «инспекцию». Выезжаем на трассу Керман—Бам, …

… и через два с половиной часа прибываем на место. Главная улица города, действительно, отстроена в стиле современного градостроительного дизайна и выглядит как-то не по-ирански.

По обе стороны от нее видны новые дома и много стальных каркасов строящихся зданий. О разрушениях можно судить только по большому количеству свободных земельных участков с фундаментами и котлованами от разрушенных и вывезенных на свалку остатков домов.

Недолгий путь по Баму (интересное для нас — россиян выражение, не находите?) и перед нами знаменитая крепость. Вернее, то, что от нее осталось — огромная территория, заполненная глиняными обломками. На первый взгляд, как московский Кремль. Ну, или, на худой конец, как казанский.

Туда пускают. Никаких билетов покупать не требуется, только записывают посетителей в журнал.

Идем ближе. На входе встречает щит с информацией и фотографиями: в каком виде крепость была, этапы и ход восстановительных работ.

Была вот такой.

Центральная цитадель. (Фото из Интернета).

А сейчас это выглядит так.

Сделано немало за десять лет. На фото видно, что восстановлена почти полностью стена цитадели, часть внутренних построек города…

…и передняя сторона наружной городской стены.

Но бОльшую часть территории покрывают развалины.

Работы еще … на десятки лет. Сделав сообща такую оценку, отбываем дальше, выполнять дневную программу.

Последним ее пунктом значится посещение плотины ГЭС и водохранилища близ городка Джирофт. Для этого надо пройти от Бама около ста двадцати километров и пересечь невысокий горный хребет Джебель Барез.

Три десятка километров по трассе в строну Кермана — поворачиваем на запад. Теперь едем по второстепенной дороге среди глинистой равнины, покрытой кочковатыми зарослями какой-то травы.

До хребта «доскакиваем» быстро. А потом на пути встает толчея гор и скорость падает.

Как ни торопимся, до шлагбаума перед плотиной добираемся почти перед закатом солнца. Ставить шлагбаумы — обычное дело у иранцев. Плотины считаются стратегическими объектами. В прошлом году нас не пустили к плотине Дез, потребовав разрешение соответствующих органов.

В этот раз везет. Охранник куда-то звонит, потом вызывает в будку Пеймана, говорит с ним и дает добро. Прыгаем в машину. На оставшемся десятке километров Москвич показывает все свое мастерство. Только успеваем запечатлеть водохранилище,…

…саму плотину, …

…и каньон после нее,…

…как наступают сумерки.

Полюбоваться результатом покорения человеком природы не получается. Во-первых, ГЭС не работает — мало воды в водохранилище, а во-вторых, — все бегом-бегом. Но хоть ставим очередную галочку в перечне «покоренных» достопримечательностей. Да, и кому-то из читателей, наверно, будет интересно взглянуть на иранское гидротехническое сооружение.

Едем в Джирофт искать гостиницу. В центре не везет. Таксист подсказывает отель на окраине.

Находим. Называется «Спасатель». Такого у нас еще не было! Холл 70 квадратов, две спальни, кухня со всеми причиндалами и санузел, как у меня дома маленькая комната (о стоянке не говорю). Этих площадей на троих, пожалуй, многовато! Но, чтобы все это ЗА 1 000 РУБЛЕЙ?!

Все снято, но показывать не буду, как и обязался в начале отчета.

За ужином принимаем стратегическое решение.

До Персидского залива, порта Бендер-Аббас отсюда 260 километров — максимум три часа хода. Но завтра на календаре 12 января, а в ночь с 13 на 14 у меня билет Тегеран—Москва. Так что ехать в Бендер-Аббас, чтобы «отметиться», нет смысла. Москвич предлагает изменить маршрут и повернуть в Шираз, откуда хорошее авиасообщение с Тегераном. Как ни жалко, что не побываю в этот раз на Персидском заливе, но это наиболее разумный вариант.

Утром еще больше удивляемся нашему отелю. Насчет его внешнего вида обязательств не давал, поэтому приведу пару фото.

Корпуса для гостей.

Скульптурная композиция перед административным зданием.

На наш вопрос: «Зачем в этом городке такой отель?» администратор отвечает просто: «Как-то, ведь, надо было деньги «отмыть».

Итак, стартуем.

Дорога предстоит сложная, через несколько горных хребтов. Горы начинаются сразу за Джирофтом.

Чья-то дача.

Высота постепенно растет и к перевалу достигает почти трех километров.

В районе перевала вздымаются снежные вершины,…

…но даже здесь живут и хозяйствуют люди.

Да, и дорога довольно оживленная.

На одном из склонов замечаем машину. Дорога есть, и оттуда должен открываться красивый вид. Решаем тоже подняться.

Это, оказывается, иранцы съехали с трассы, чтобы показать детишкам снег.

Снимаем пейзажи, с разрешения родителей — детишек и едем дальше.

Через какое-то время начинается спуск в долину. Впереди городок Бафт.

Городок, как городок. Таких городков по Ирану сотни. Одно-двухэтажный, с главной улицей-дорогой, вокруг которой сосредоточена вся жизнь.

Торговля,…

…встречи и общение.

Вот и у нас на этой дороге происходит встреча, о которой нельзя не рассказать.

На одном из немногих светофоров останавливаемся на красный свет. Справа уже стоит машина, за рулем которой молодая особа и дети в салоне. Мое окно открыто, и когда водительница поворачивает голову в нашу сторону, улыбаюсь ей и машу рукой. Дама смущенно отворачивается. В этот момент Москвич в своем стиле резко стартует на «зеленый».

Через какое-то время соседка по перекрестку обгоняет нас и, довольно рискованно подрезав машину, останавливается чуть впереди. Выхожу. Водительница тоже, а вместе с ней девочка с каким-то пластмассовым ведерком. Подходят ко мне, девочка что-то говорит и протягивает ведерко. Здороваюсь, спрашиваю: «Что это?». Естественно, на русском.

Услышав незнакомую речь, обе страшно смущаются и собираются вернуться в машину.
 Тут на выручку приходит Пейман. О чем-то говорит с ними и забирает ведерко. Спрашиваю у девушки (она довольно молода): «Это все твои дети?». Пейман переводит. Краснеет и отрицательно машет головой. Поясняю: «Моя дочь такая же, как ты, но у нее еще нет детей». Ошибаюсь на три года – нашей собеседнице двадцать пять.

В общем, чуть позже, с удовольствием съедаем содержимое ведерка. Там был вкусный суп, который в этот день раздавали всем знакомым и незнакомым в честь, то ли рождения, то ли смерти, какого-то святого. Вот и мы почему-то приглянулись.

Еще немного разговариваем, отвечаем на вопросы. Как жаль, что закончились сувениры! Простой брелок или тарелочка позволили бы девчушкам надолго запомнить эту встречу.

Перед расставанием благотворительницы без тени смущения соглашаются позировать.

Прощальные гудки — едем дальше. Через полсотни километров дорога местного значения заканчивается, упираемся в трассу Шираз—Керман. Здесь заправляем машину…

…и обедаем в ближайшей харчевне.

Пока отдыхаем, ловлю сюжеты чужой, но такой похожей на нашу, придорожной жизни.

В ожидании главы семейства.

Местный «гаврош».

Снежные горы остаются позади. Трасса до Шираза проложена по долинам, пересекаемым невысокими хребтами,…

…но от этого она не становится легче. Впереди еще около четырехсот километров, а дело идет к вечеру.

Мимо проносятся какие-то заводы,…

…поселения,…

…городки.

На одном из серпантинов наблюдаем подтверждение старой истины: «Дорога не прощает халатности». На повороте проломлено ограждение, грузовик ушел в пропасть.

Не знаем причин аварии, но налицо настоящая человеческая трагедия. Люди живут в палатке рядом с остатками, может быть, единственного «кормильца». Потеряна машина, груз, а возможно, и чья-то жизнь. Ничего уже не вернешь.

Да-а, на горных дорогах требуется особое внимание.

Оставшиеся до Шираза сто пятьдесят километров едем уже по темноте. Проносятся мимо и остаются неисследованными интересные места: национальные парки Бахтегир и Бами, красивое, со слов Пеймана, озеро Магирли — пригородная зона отдыха ширазцев. Мы почти у цели.

Уже перед Ширазом успеваем заметить указатель «Airport». Поворачиваем, чтобы завтра не искать авиакассы по городу.

Беру себе и Пейману два билета в Тегеран на 14 часов следующего дня. $50 за билет и тысячу километров. Однако!… Дома за 1 400 км от Москвы до Перми заплатил $240. Как-то… непропорционально.

Едем в город. Предлагаю Пейману поискать в компьютере наш прошлогодний отель «Арио Барзан». «Легко!» — отвечает наш друг. Он знает улицу, а найти на ней отель — не проблема. Немного «руководства» водителем и — вот он.

Перед рецепцией все тот же макет мавзолея Шах-Чераг ,…

…а за стойкой … прошлогодняя дивчина. Смотрит на меня и что-то говорит, а Пейман переводит: «Я Вас узнала. Вы мне в прошлом году медведя подарили». Вот это память! Профессиональная.

«По знакомству» нам делают скидку — четыреста рублей. Так что укладываемся в почти традиционную тысячу.

Ужинаем в ресторане и готовимся. Мы — к отлету, а наш попутчик — к продолжению путешествия. Собственно, его подготовка сводится к составлению небольшого разговорника, который Пейман переводит на фарси.

Ну, а утром оставляем машину на стоянке отеля и идем на прогулку по уже знакомым улицам…

…к ширазской крепости.

Здесь ничего не изменилось за год.

Все так же «падает» башня. В скверике перед стеной на солнышке «млеет» народ.

Внутри обходим сувенирные лавчонки…

… и что-то покупаем.

Время проходит незаметно. Пора ехать в аэропорт. Отвозит Москвич. Полчаса пробираемся по уже забитым машинами улицам — и мы на месте.

 
Нет, это не здание аэровокзала. Это мечеть перед ним

Последние снимки,…

Ширазский аэровокзал.

…прощальное рукопожатие… Наши дороги расходятся навсегда. С Москвичом расстаюсь без сожаления и беспокойства за его дальнейшую судьбу. Знаю, что в этой стране намного безопаснее, чем в Москве, а опыта и осмотрительности ему не занимать.

Хоть и проведены бок о бок две недели, чувство неудовлетворенности этой поездкой, ее неполноценности из-за неполученных, благодаря «партнеру», эмоций от покорения неизведанных пространств за рулем, перевешивает все остальные. «Боинг» взмывает в небо.

Еще час любуюсь сверху кряжами горной системы Загрос, по которым колесили в прошлом году. Тогда путешествие завершалось с мыслью: «МЫ — команда, смогли это сделать!». На подлете к Тегерану встречает белая вершина Дамаванда, словно великан над пигмеями, возвышающаяся над остальными горами хребта Эльбурс.  Круг завершен, а с ним и очередное путешествие.

Несколько часов провожу в гостях у Пеймана,…

…сутки — в самолетах и аэропортах на маршруте Тегеран—Баку—Москва—Пермь — и вот, снова оказываюсь в настоящей уральской зиме.

На стоянке аэропорта встречает моя заждавшаяся «ласточка». «Ну, ничего, наши совместные путешествия впереди… Ты еще омоешь свои «сапоги» в водах Индийского океана…».

Завожу мотор и «рву» домой. Завтра на работу.

Эпилог

Москвич нормально добрался до дома через Турцию, о чем сообщил электронным письмом. Ответ был коротким: «Дальнейшего общения, из-за такого «партнерства», больше не желаю».

Выводы и рекомендации

Путешествие с малознакомыми людьми — не лучшая идея, скорее, лотерея.

Если уж обстоятельства (финансовые, вероятная необходимость выживания, возможные опасности и т.п.) будущего путешествия заставляют сформировать команду, надо заранее согласиться, что кто-то будет главным, а кто-то ведомым. «Двух вожаков не бывает в одной стае».

Не должно быть никаких недосказанностей об условиях совместного путешествия и распределения обязанностей. Оговаривается ВСЕ до мелочей, вплоть до финансовой ответственности, в случае повреждения машины. Лучше, если этот момент будет зафиксирован в письменной форме, а еще лучше, если владелец машины будет знать, что партнером, так или иначе, зарезервирована страховая сумма.

Предварительная, пусть даже недолгая, пробная поездка, более чем желательна. Совместимость между членами команды или отсутствие таковой проявляются быстро.

Где-то так, по результатам опыта за несколько неблизких совместных путешествий. Ну, а как поступать в конкретном случае, каждый решает сам.

Финансовые затраты

Они приведены в рублях, с учетом своей половины затрат на содержание гида.

С приветом, Reiser