Секретный визит в «Обитель зла» (из Белоруссии в Иран на Chrysler Pacifica). Часть 2

Секретный визит в «Обитель зла» (из Белоруссии в Иран на Chrysler Pacifica). Часть 2

07.03.2012 | 24576 просмотров

Первая часть: Секретный визит в «Обитель зла» (из Белоруссии в Иран на Chrysler Pacifica). Часть 1. Турция.

День шестой. 28.07.2010. Среда

«О, наконец, настал тот час…» 6:00 — пора вставать. В Иране уже 7:30. Поэтому нужно поторапливаться. Обстановка нервная. Брат крепко спит в соседней комнате, пришлось его разбудить, чтобы сообщить о нашем отъезде. Он принял информацию к сведению и отправился досыпать. Мемет не появился, так что ушли «по-английски». Ненасытная машина «потребовала» ещё порцию масла. Пришлось заехать и на заправку. До иранского «бензинового рая» остаётся преодолеть каких-то 30 километров, но на приборной панели в графе «Distance to empty» уже давно прописался «0». Осталось бросить прощальный взгляд на утренний Арарат с самой близкой точки и с несколько иного ракурса.

В 10:30, переходим уже на иранское время (может, зря спешим?), подъезжаем к границе. Вокруг тишина, безлюдно, одинокий бычок ковыряется в придорожном мусоре.

Впереди — блокпост, а за ним, на горочке, виднеется пункт пропуска. Останавливаемся для того, чтобы одеться согласно исламского дресс-кода. Теперь нужно выяснить, встречает ли нас Хоссейн. Сначала шлю SMS-ки. Никто не отвечает. После этого уже звоню. В ответ слышу некий монолог на непонятном языке. Через некоторое время приходит SMS с текстом на английском. Смысл её содержания: «Кто ты? Чего надо?» Я понимаю, что происходит что-то неординарное, но совершенно не понятно, что делать дальше? Ситуация тупиковая. Ехать вперёд бессмысленно. А уезжать совсем не хочется. Не для этого мы проехали 3500 километров. Состояние близкое к отчаянию…

Спасти в такой ситуации способна только логика. Обратившись, в конце концов, к «первоисточнику», я обнаружил, что неправильно ввёл в память телефона номер нашего помощника. Хоссейн обрадовался звонку не меньше нашего. Собственно, а что мешало ему самому поинтересоваться нашей «судьбой»? Тем более, что я ему сообщал свой контактный номер. Но время показало, что он скупердяй ещё тот.

Объехав блок-пост, подкатили к шлагбауму, около которого тусовался какой-то деятель в «гражданке». На русском языке (?!) он предложил помощь в оформлении «выбытия» из Турции. Узнав, что эта «услуга» добровольная, но платная (20$), я отказался, так как не видел особых проблем с осуществлением данной процедуры.

Турецкий пограничник также удивил знанием основ русского языка. Оказалось, что неподалёку находится пограничный переход между Турцией и Нахичеванской Автономной Республикой Азербайджана, на котором периодически работает «наша» сегодняшняя бригада. Следующим был таможенник, который продемонстрировал ещё более глубинные знания «великого и могучего». Поставив мне в паспорте нужный штампик, он, с дебильной улыбкой на лице, произнёс: «Пошёл на ***!» Видимо, это единственная фраза, которой необременённые интеллектом русскоязычные азербайджанцы смогли его научить.

Заезжаем в нейтральную зону. От Ирана нас отделяют лишь металлические ворота. Но здесь приходится подождать: через границу в Иран перемещается весьма представительная делегация из гражданских и военных чинов. Наконец-то вижу Хоссейна. Мало того, что я везу ему два литра водки, что меня заметно нервирует, так он попросил купить ему ещё и блок «Marlboro» в «Duty-free». Приходится снова отправляться в Турцию и распрощаться с 23 Евро. По возвращении из магазина, наконец-то, ничто не мешает нам въехать на территорию Ирана! Первыми нас, как дорогих гостей, букетом цветов и фразой «Добро пожаловать в Иран!» приветствуют «добродушные» аятоллы, косящиеся с огромного плаката.

Тут же «подлетает» вечно суетливый и озадаченный Хоссейн.

Сначала, выйдя из машины, мы пешим порядком должны пройти в здание для паспортного контроля и, параллельно, проверки на соблюдение дресс-кода. Эти процедуры проходят быстро, непринуждённо и доброжелательно. Таня пошла без платка, и никто на это не обратил внимания — маленький плюс! Затем начался долгий и мучительный процесс оформления «Карнета». Надо заметить, что лично я в этой процедуре участия не принимал. С нашей стороны «работали» лишь техпаспорт и деньги. Кстати, сумма, как и предполагалось, выросла — до 400 Евро. Плюс, Хоссейн сказал, что при выезде нужно будет за 50 Евро «помочь» таможеннику не заметить превышение срока нахождения авто на территории страны. Так как «Карнет» будет действителен только три дня, что соответствует максимально возможному времени на заявленный транзит Турция — Азербайджан. Напомню, что во время переписки мне было обещано 20-дневное нахождение за 350 Евро. Этот временной фактор меня заметно напрягал в течение всего путешествия. Успокаивало лишь то, что мы были не первыми туристами, оказавшимися в такой ситуации. И до нас ни у кого неприятностей не возникало. Непосредственно оформлением документов и сбором подписей больших и малых начальников занимался представитель аккредитованной при таможне туристической фирмы. А Хоссейн, который раньше работал в этой фирме, выступал в качестве посредника.

Таможенник любезно разрешил нам переставить машину в тень. Единственным нашим «развлечением» в процессе утомительного ожидания было наблюдение за его работой.

Работы этой было немного, т.к. поток автомобилей был очень вялым. Периодически к нам в машину подсаживался Хоссейн, демонстративно жаловавшийся на головную боль. Водку в свою сумку он так и не переложил, предложив мне её «зарыть» поглубже в багаж. Расспросив меня о предполагаемом маршруте, в целом его одобрил, порекомендовал лишь не соваться в Тегеран. Моё предложение остановиться у него на ночь в последний день нашего пребывания в Иране, Хоссейн воспринял с энтузиазмом. Более того, он даже настаивал на двух ночах. Эта идея возникла у меня спонтанно, в ответ на покупку блока сигарет :).

В Тебризе, в который мы намеревались прибыть сегодня, Хоссейн предложил остановиться в кемпинге. Я, естественно, согласился. Также он сказал, что сопроводит нас до Тебриза и на следующий день уделит нам несколько часов внимания. Я, в свою очередь, зная, сколь сложна и утомительна процедура обмена денег в Иране, предложил ему помочь мне осуществить эту операцию прямо в банке на таможне. Хоссейн сказал, что день нашего пребывания в Иране обойдётся нам примерно в 60$. Удивительно, но он оказался абсолютно прав!

Исходя из этого, я решил обменять сразу 1 000 $. Курс конверсии в Иране строго фиксирован и на момент нашей поездки составлял порядка 10 400 иранских риалов за 1$. Слава богу Аллаху, что у них существуют банкноты номиналом в один миллион! Именно пять таких купюр и оказалось в моём распоряжении, остальные деньги были выданы в виде «брикетов» из 10- и 20-тысячных банкнот, которые надолго «поселились» на дне моего рюкзака.

Хоссейн продолжал свои челночные перемещения между нами и неведомыми исполнителями. В какой-то момент он сообщил, что осталось лишь заполучить подпись самого большого Босса. Но здесь «неожиданно» наступило время обеда, и большой начальник пропал. Последний час ожидания был самым тяжёлым: жарко, Маша с непривычки изнывала в своём новом «халате» и платке, все, в том числе и Хоссейн, жутко проголодались. Где-то в 14:30 по местному времени, наконец, появился представитель фирмы с зажатым в руке свёрнутым в трубочку «свитком» — «Карнетом». Надо заметить, что я, являясь от природы достаточно любопытным человеком, за все 20 дней так и не поинтересовался содержимым этих документов.

Таможенник к нашей машине даже не подходил, так что все мои волнения по поводу 40-градусной оказались напрасны. Итак, мы вместе с Хоссейном и «фирмачом» «торжественно» покидаем пограничный переход. Но, увы, это ещё не всё. Нужно пройти регистрацию в неком подобии нашей транспортной инспекции. Там, по словам Хоссейна, настоятельно порекомендовали оформить местную страховку, мотивируя тем, что офис «Зелёной карты» существует только в Тегеране и, в случае инцидента, нам будет очень сложно решить все правовые вопросы. Приходится согласиться. Но это «удовольствие» стоит 100$! Одно радует, что рюкзак стал легче на один «брикет»:). Кстати, у меня было такое чувство, что Хоссейн ни секунды не сомневался в том, что наше путешествие без автопроисшествий не обойдётся. Именно по этой причине он так настаивал на страховке.

В начале четвёртого со всеми формальностями было покончено. Попрощавшись с «фирмачом», мы преодолели последний шлагбаум и оказались в приграничном городе Базарган (Bazargan). Первые впечатления были далеко не радужные: грязно, пыльно, слоняется много несимпатичных личностей. Впрочем, это типичная обстановка и для многих европейских приграничных городов. Припарковавшись на улице, попросили Хоссейна отвести нас на обед. Но он и сам был не против покушать.

Ресторан находился за совершенно неприметной дверью, сами бы мы никогда его не нашли. В помещении находились только мужчины. Смотрели на нас с нескрываемым интересом, но общаться никто не решился. Вопросы задавали только нашему сопровождающему. Хоссейн, опросив нас, сделал заказ. Порции риса повергли наше семейство в шок. Дома такого объёма продукта нам хватило бы на 2-3 дня :). К кебабу прилагался, как потом оказалось, всегда обязательный запечённый помидор. Удивило, что вместо ножа, местные жители весьма умело пользуются столовой ложкой :). Хоссейн попросил официанта специально для нас принести ножи, но в дальнейшем мы осваивали местные «орудия труда». В качестве напитков предлагаются только аналоги компании «Кока-кола», соки или безалкогольное пиво. Тем, кто желает попить чаю или кофе — нужно искать другие заведения: чайные или кофейни соответственно. Сытно пообедав, даже чересчур, расплатились — 18$. Не сомневаюсь, что в эту сумму вошёл и счёт на хитрого жмота Хоссейна.

Машина нашего помощника находилась неподалёку. Он для этой поездки одолжил местный вариант «Пежо-405» у кого-то из своих друзей, т.к. сам гоняет на микроавтобусе, который «кушает» значительно больше. Пришла пора «подкрепиться» долгожданным дешёвым топливом и нашей машине. Заезжаем на заправку. Процедура понятна и во всей стране одинакова. Заявляешь, что нуждаешься в бензине, тебе показывают у какой колонки остановиться. Затем могут спросить о том, есть ли карточка, говоришь, что нет. После этого оператор берёт или свою или у кого-то из местных и вставляет её в колонку, затем заливает столько литров, сколько тебе нужно. Я, из опасения, что может попасться некачественный бензин, поначалу решил заливать по 50 литров, но затем это вошло в систему. Расплачиваешься на месте, с тем же оператором. Бензин по всей практически стране один — «бензин», скорее всего аналог нашего «92», стоимостью 40 центов за литр. Только один раз нам предложили более дорогой — 0.54 $ за литр, вероятно, «95». Хоссейн помог понять процедуру заправки и освоиться с местной валютой.

Нужно заметить, что система ценообразования в Иране несколько необычная. Хотя в настоящее время государственной валютой остаётся риал, цены в розничной торговле указываются, как правило, в туманах. Именно так называлась иранская денежная единица до реформы 1932 года, когда туман был заменён риалом по курсу 1:10. «Въехать» в эту систему получается не сразу, поэтому долгое время путались и частенько «восхищались» безумно низкими ценами на некоторые товары :).

В 15:50 мы, ведомые Хоссейном, наконец-то тронулись в путь. Отличного качества «двухполоска», плотно забитая транспортом, вьётся среди гор.

Мест для обгона немного, поэтому скорость передвижения относительно низкая. К слову, ограничение на подобных дорогах — 80 км/час. Все знаки на основных магистралях дублируются на английском, цифры — тоже в двух вариантах: «их» арабские и «наши» арабские. Интересна реакция встречных водителей на несущиеся им навстречу обгоняющие автомобили: задолго до того, когда ситуация становится «волнительной», они начинают бешено мигать дальним светом, а поравнявшись с тобой эмоционально что-то выговаривают, активно при этом жестикулируя. А через минуту-другую этот возмущённый водитель сам запросто идёт на обгон через «сплошную». Надо заметить, что такая манера поведения характерна и для водителей восточной Турции.

С первых же километров обращаешь внимание на особенности местного легкового автопарка. Я его разбил на пять условных групп. Первая, пожалуй, доминирующая — продукция завода Iran Khordo — это Peugeot 405, а также его модификации и производные: Peugeot Pars…

…и первый национальный автомобиль Ирана — Samand.

Кстати, Хоссейн встречал нас на Peugeot Pars. Что интересно, каждой из этих групп свойственна и особая манера поведения водителей, управляющих этими автомобилями. Хозяева «группы Peugeot 405» наиболее близки по манерам к восточноевропейским водителям. Они быстры, достаточно уверенны и в меру снисходительны и уступчивы по отношению к другим участникам движения.

Вторая группа — владельцы «легендарных» Paykan.

Этот автомобиль, производившийся без существенных изменений в период 1967 — 2005 годов, пользуется чрезвычайной популярностью в Иране. А с учётом сухого климата, состояние даже «древних» машин весьма хорошее. Но ездят на них исключительно «упёртые колхозники». Так как на трассах, в сравнении с более современными автомобилями, им предъявить нечего, «отыгрываются» они в городах. Идут на таран, влезают во все щели, никого не хотят пропускать. Но, если им «продемонстрировать» собственную настойчивость и агрессивность, то тут же «выбрасывают белый флаг».

Третья группа — владельцы SABA — автомобиля от второго иранского автопроизводителя Saipa.

Маленькие, шустрые и многочисленные, как муравьи, практически все на одно «лицо», так как доминирующая окраска — белая. Обгоняя SABA на трассе и через несколько километров упираясь в «хвост» точно такого же автомобиля, постоянно возникает ощущение дежавю. Это уже «короли» скорости, готовы обгонять всё и вся. Никому не прощают собственных обгонов. С завидным упорством будут искать возможность «отомстить». Но, при этом, в городах достаточно сдержанны и доброжелательны.

Четвёртая — немногочисленная группа «новых» иранцев. В подавляющем большинстве на белых Hyundai Sonata или Santa Fe. Их манеры аналогичны манерам «новых» наших. Пятая группа — это все остальные, слабо поддающиеся систематизации. В целом же иранские водители вызывают снисходительную улыбку — уж очень много в их действиях ненужной, а порой и бессмысленной суеты. Иногда даже складывается впечатление, что для местного мужчины вождение — это единственная возможность для самоутверждения.

Мы же продолжаем наш путь в направлении Тебриза. Правда, не так быстро, как хотелось бы.

В 17:30 первая остановка. Хоссейну захотелось дополнить обед арбузом. Вдоль трассы, практически в каждом из немногочисленных оазисов, организованы арбузные развалы. Там можно не только отовариться, но и, усевшись за раскладной столик, полакомиться. Наш «лидер», преодолев свою природную скупость, угостил нас и купил одну «ягодку» для своего сына. Здесь же, к нашей радости, белорусская водка, наконец-то, перебралась в руки своего нового хозяина. Я, честно говоря, думал, что Хоссейн собирался сделать небольшой бизнес, так как где-то читал, что на границе с Пакистаном можно продать одну бутылку за 100$. Но, как потом оказалось, ему это было нужно исключительно для личного употребления и на «презент».

Через 15 минут выдвигаемся дальше. Я страшно не люблю ездить в паре, тем более, в роли ведомого. Всё внимание сосредоточено только на ведущем и ничего вокруг не успеваешь заметить. Но вдвойне неприятно то, что наш «лидер» каждые полчаса совершал незапланированные остановки, целью которых было переложить водку из одного угла багажника в другой. Смысл этих «манипуляций» я постиг только в последний день нашего пребывания в Иране.

В 19:00 очередная большая остановка. Хозяином придорожного кафе, у которого мы притормозили, является друг Хоссейна. Нас провели в «VIP-зал» — внутренний дворик, тишину в котором нарушал лишь звук журчащего фонтана. Хозяин заведения — полная противоположность нашего провожатого — сдержанный, спокойный, почтительный. Предложил на выбор чай, кофе, «газировку». Посидели зачётно!

Через полчаса, загрузив Хоссейна с его «пожитками» в нашу машину, продолжаем путь. Дорога стала шире — по две полосы в каждом направлении. Разрешённая скорость — 95 км/час. Снова появилась возможность обозревать окружающие ландшафты. В лучах заходящего солнца горы приобрели нереальные оттенки. А мне до поездки казалось, что местные пейзажи будут абсолютно однообразными и безжизненными.

Где-то в 20:30 добрались до тебризской кольцевой дороги. Было хорошо видно, что дует очень сильный ветер и казалось, что к ночи заметно похолодает. Но эти впечатления оказались ошибочными. Хоссейн рассказал, что в районе Тебриза (Tabriz) самый комфортный летний микроклимат в Иране, прежде всего благодаря постоянно дующему со стороны гор юго-восточному ветру. Именно поэтому, спасаясь от духоты, приезжают сюда на время отпусков многие иранцы, в чём мы чуть позже убедились сами.

Свернув с кольцевой, чередуя «козьи тропы» и дворовые проезды, мы, «с горем пополам», добрались до гостиницы, на стоянке которой наш новоиспечённый друг оставил свой микроавтобус. Вновь перегружаем вещи Хоссейна. Он только отдаёт мне команды: «Александр, принесите мою водку! Александр, подайте мой арбуз!» Честно говоря, нам уже хотелось поскорее от него избавиться, т.к. мы устали от процесса постоянно решать его задачи и жить в его ритме. Но на данный момент это было невозможно, поскольку мы выступали в роли слепых котят.

Снова ведомые нашим «лидером» отправляемся в кемпинг. Эти несколько минут по переполненным транспортом городским магистралям были самыми страшными за всю поездку. Приближаясь к этому безумному хаосу и постепенно вклиниваясь в него, у меня настал момент самобичевания. Мысль была только одна: «Зачем ты, идиот, сюда припёрся? Что ты здесь забыл?» Казалось, что абсолютно все машины готовы нас таранить, цеплять и царапать. Иногда мне кажется, я, предчувствуя неизбежный контакт, даже весь сжимался, закрывая при этом на несколько секунд глаза. Но, как ни странно, ничего не происходило, и мы медленно продвигались вперёд. Маша в срочном порядке была назначена ответственной за правый «борт», я же контролировал только левый.

Кемпинг находится на территории парка Элголи (Elgoli park), провести вечер в котором, казалось бы, съехался весь город. Такой концентрации повсюду припаркованных автомобилей я никогда в жизни не видел. Найти здесь что-либо без помощи местных просто нереально, тем более в потёмках. Приткнув где-то свою машину, Хоссейн побежал вперёд. Произнося ключевую фразу «Турист! Турист!», он попытался заставить охранника открыть въездной шлагбаум. Страж не поддался. Пришлось нашему другу бежать за квитком непосредственно в здание администрации кемпинга.

Стоянка кемпинга тоже оказалась забитой «под завязку». С трудом нам удалось пристроиться. Передав меня в руки менеджера, Хоссейн удалился, пообещав с утра позвонить на ресепшн. Служащий предложил мне заполнить довольно объёмные анкеты, затем, забрав паспорта, сопроводил к местам возможной установки палаток. Выбрав себе укромный уголок, я пошёл разгружать машину. Народ тем временем всё прибывал. Наше появление вызывало повышенный интерес. Кое-кто осмеливался подойти и поприветствовать. Многие с интересом рассматривали «чудо» американского автопрома. Поставив палатку, несмотря на усталость, мы решили немного прогуляться: себя показать, на других посмотреть.

Кемпинг раскинулся на террасах на склоне горы с густой растительностью.

У подножия горы находится квадратный водоём, который задействован под водные развлечения. Посреди озера в бывшем дворце расположен престижный ресторан.

Поблизости разбит главный объект интереса отдыхающих — «Луна-парк», на который тут же «положила глаз» Таня. Нужно заметить, что непосредственно в кемпинге народ в основном селится в стационарные палатки-шатры. А вот вся прилегающая территория, включая тротуары, плотно заставлена походными самоустанавливающимися палатками, которые, вероятно, есть в каждой иранской семье. Тут же, рядом с палатками, на земле, траве и асфальте устраиваются пикники.

С непривычки, глядя на всё это «хозяйство», мы поначалу пребывали в состоянии лёгкого шока, но постепенно привыкли. Постоянно находясь в центре внимания, буквально продираясь через плотный поток отдыхающих, мы прошлись вокруг озера, осмотрелись и вернулись в палатку. Пожалуй, самый безумный день нашего путешествия подошёл к концу, и в половине первого мы завалились спать. Да, забыл сказать, что ещё днём мы уже начали перекраивать свой предполагаемый график, решив остановиться в Тебризе на две ночи с целью немного передохнуть и попытаться потихоньку «въехать» в непривычный жизненный уклад.

Итог дня: 334 км, время в пути 5 часов.

День седьмой. 29.07.2010. Четверг

Кто бы, что не говорил, но спать в палатке — это здОрово. Уютная и романтическая атмосфера, свежий воздух — что еще может подарить столько положительных эмоций и бодрости? Встали часов в восемь, но с учётом разницы во времени — очень рано по нашим меркам — сила привычки. Радует то, что сегодня никуда не нужно спешить. Сразу же удивил тот факт, что женщины, как и у нас, не стесняются мыть посуду в мужской части туалета. Поразила и чистота самого туалета. То ли это вызвано очень высоким уровнем гигиены нации в целом, то ли конструкцией «дырка в полу», то ли местными особенностями, которые предполагают наличие дополнительных источников воды непосредственно под рукой, но такая ситуация наблюдается повсеместно. Исключение — «европейские» туалеты :(.

Пока мы завтракали остатками припасов, к нам с ресепшена подошёл паренёк и принёс телефонную трубку — звонил Хоссейн. Извинился и сказал, что не сможет уделить нам внимания. Но я за вчерашний день уже успел его «раскусить», поэтому и не удивился и даже немного обрадовался, так как мы от него очень устали, и наши жизненные ритмы совершенно не совпадают. Правда, накануне мы договорились, что он поможет нам обзавестись местной «симкой», но это в большей степени было нужно самому Хоссейну, чтобы контролировать наши передвижения. Точнее даже передвижения нашего авто, за которое он якобы нёс ответственность.

Вооружившись картой города и подсказками портье, который немного говорил по-английски, в 10 часов мы выдвинулись в сторону автобусной остановки. По пути нас пытались перехватить таксисты, но мы не поддались, т.к. хотелось побыстрее окунуться в местную атмосферу. Автобус 101 маршрута следует прямо в исторический центр, ко входу на базар. Стоимость проезда — порядка нескольких центов с человека. Как известно, в городском транспорте существует разделение на мужскую (переднюю) и женскую половины. Мужчины, которые заходят через переднюю дверь, оплачивают проезд сразу, а одиноких женщин и мужчин, зашедших и выходящих через среднюю дверь, водила «отлавливает» на улице во время остановок.

Публика в автобусе, как правило, очень скромная и почтительная. Мне сразу же один молодой человек уступил одиночное место, а сам пересел на спаренное. А через пару остановок два очень приятных старичка пригласили занять моих девчонок их места в мужской части салона. Поначалу это нас удивило, но в дальнейшем мы постоянно наблюдали, как местные пацаны располагаются в задней части автобуса, а женщины занимают последние ряды мужской половины. Ну, и в заключение «пассажирского» отступления замечу, что молодёжь никогда не уступает место детям и пожилым :(.

Трафик, по сравнению со вчерашним вечером, был не очень плотный, и автобус резво домчал нас до центра. Оказавшись на улице, мы по европейской традиции решили заскочить в бюро туристической информации: я не оставлял надежды раздобыть хорошую карту автодорог. Первый же встречный местный житель помог нам сориентироваться и дойти до нужного здания, заявив, что «хозяин» офиса — его друг. Глава бюро — «легендарный», как его называет LP, Нассер Хан. Легендарный он вроде бы потому, что является полиглотом. Но, в силу того, что русским языком он владеет в объёме до десяти слов, как и я фарси на момент окончания нашего путешествия :), то эта пресловутая легендарность сразу же померкла в моих глазах. Так что никаких од в его адрес в книгу отзывов мы, в отличие от наших соотечественников, писать не стали.

Сам же Нассер Хан оказался довольно ленивым, тактичным, скорее всего только внешне, и очень честолюбивым человеком — первым делом стал искать упоминание о себе в моём путеводителе. В его серых глазах сквозила какая-то вселенская тоска, мыслями он находился где-то очень далеко. Кстати, серый цвет глаз и европейский тип лица меня явно сбили с толку. Я подумал, что он и есть европеец. И только уже дома, зайдя в посольство, в гости к консулу, который выглядел точно так же, я позволил себе предположить, что именно так и выглядят настоящие этнические персы, в отличие от черноглазых азербайджанцев и курдов.

Подходящей карты у Нассера не оказалось, но, по его словам, к вечеру должны были подвезти. Предложив нам холодные напитки и сказав, что к рекомендациям путеводителя ему больше нечего добавить, он задал, как оказалось, свой любимый вопрос: «Чем я ещё могу Вам помочь?» Этот вопрос, произнесенный им позднее ещё несколько раз, на самом деле в его устах звучал как фраза «До свидания!» И в этот момент в офис позвонил Хоссейн, которого Нассер называл не иначе как «Мафия»:). Как Хоссейн узнал, что мы в этот момент были в турбюро, осталось загадкой :). Тем не менее, он попросил, чтобы мы его дождались. Именно в процессе ожидания и последовали вышеупомянутые вопросы Нассера :).

Из окон офиса открывались красочные виды, с одной стороны — на броуновское движение автомобилей,

а с другой — на людской поток у входа на базар.

«Прилетел» ещё один честолюбец — Хоссейн. Вместе с немного ожившим Нассером, они стали (меряться пиписьками) выяснять, кто чаще упоминается в путеводителе. Победила, естественно, «мафия» :).

Наконец-то, покинув офис, мы отправились за сим-картой. Для её покупки понадобилась копия паспорта. Таковая у меня была в рюкзаке, но, сославшись на то, что наши паспорта остались в кемпинге, я предложил Хоссейну оформить симку на своё имя. Немного подумав, он согласился и умчался делать копию. В этот момент мы оказались свидетелями неприятного инцидента. Взрослый мужчина, вероятно недовольный покупатель, что-то громко выкрикивая, пару раз ударил ладонью наотмашь молодого человека-продавца каких-то дисков. Что удивительно, продавец, которого никто не держал, даже не пытался ретироваться и уж тем более оказать сопротивление. Постепенно эту парочку окружило кольцо сочувствующих, и вся эта компания плавно переместилась на другую сторону улицы. Так что, чем закончился конфликт, мы так и не узнали. Нужно заметить, что в дальнейшем мы больше нигде не сталкивались с подобными ситуациями.

Оформление не заняло много времени. Оператор — компания MTN Irancell. Симка стоила около 8$. На счёт положили ещё 4$. Этого оказалось достаточно, чтобы сделать несколько звонков домой общей продолжительностью минут 8-10. Входящие — бесплатны. В дальнейшем каждое утро у нас начиналось со звонка от Хоссейна. После которого следовал ряд традиционных вопросов: «Как Вы?», «Какие планы на сегодня-завтра?», «Довольны ли Вы?» У нас было всё прекрасно! И мы были очень довольны - всем и всегда!

После этого Хоссейн вызвался завести нас на базар, чтобы сориентировать там на самые интересные места. Распрощавшись с ним почти на три недели, предполагаю, что не без взаимного удовлетворения, мы оказались предоставленными самим себе.

Итак, тебризский базар — самый «юный» (2010) из иранских объектов в списке Всемирного наследия ЮНЕСКО. И единственный базар в этом списке. Начал строиться около 1 000 лет тому назад, а окончательный вид приобрёл в ХV веке. Занимает площадь порядка 7 кв. км., протяжённость улочек составляет 35 км.

7000 лавок расположились на территории этих улочек, в 24 караван-сараях и 22 крытых холлах.

Впечатляющая статистика!

Самыми интересными с точки зрения туриста, являются «отделы» ковров и ювелирных изделий (читай, золотых). Туда мы и направились. Помимо традиционных ковров, местные мастера специализируются на «ковровых» картинах с разнообразными сюжетами. Если где-нибудь ещё в Иране и встречаются подобные изделия, то там их ассортимент очень ограничен.

Несмотря на небезосновательное мнение, что подобные картины — признак дурного вкуса, при виде всего этого разнообразия сюжетов возникает устойчивое желание приобрести хоть что-нибудь на память. Но в первые дни путешественники только присматриваются и покупать начинают уже ближе к концу поездки. А, как сказано выше, такие изделия — специфика только данного региона Ирана. Впрочем, покупка полноценного ковра гораздо важнее, но об этом поговорим позднее. Здесь же, по соседству, расположены и производственные помещения, в которых ковры и картины окончательно «доводятся до ума».

Очень интересен и отдел по продаже зеркал.

Плавно перемещаемся в сторону золотых «развалов».

Что может читаться на лице европейской женщины при виде всего этого многотонного разнообразия? Правильно: растерянность и нерешительность :).

Многие изделия просто убивают своими нескромными размерами, дизайном и соответствующими ценами.

Но, что удивительно, почти в каждой лавке есть посетители — значит бизнес процветает!

Пришлось срочно покидать территорию базара, дабы «золотые впечатления» не надломили тонко организованную женскую психику и не стали самыми запоминающимися в поездке :).

Далее решили прогуляться к Голубой мечети. Кто бывал в Стамбуле, услышав подобное название, невольно захочет сравнить эти объекты. И, к сожалению, будет разочарован. Увы, не в пользу Тебриза.

Построенная в конце ХV века, мечеть была облицована бирюзовыми плитками. Работы по облицовке длились 25 лет. Сооружение считалось одним из самых великолепных зданий своего времени. Всё изменилось после землетрясения 1773 года… Не слишком ли часто приходится вспоминать об этом стихийном бедствии? Мечеть лежала в руинах более полутора веков, после чего её решили восстановить. Но без бирюзовой отделки она выглядит затрапезно. Типичный «новодел».

Мечеть была закрыта на время обеда.

Передохнув поблизости в небольшом парке, мы тоже решили отобедать.

«Посоветовавшись» с LP, выбрали ресторан «Honarmandam», прописавшийся на той же улице Ленина Имама Хомейни, что и Голубая мечеть. Вероятно, из-за жары и времени «сиесты» на улицах необычно пустынно. Обстановка мне почему-то напоминает знаменитую торговую улицу Берлина Кантштрассе. Дополняет картину здание Муниципалитета — визитной карточки Тебриза, построенное по проекту немецких архитекторов в 30-е годы прошлого века.

Зная точный адрес, найти ресторан оказалось несложно. Тем не менее, вход в точки общепита в Иране мало чем отличается от входа в другие заведения и отыскать в случае нужды какой-либо ресторан, не зная конкретного адреса, бывает очень непросто. Нужно смотреть во все глаза в поисках вывесок с изображением каких-либо продуктов или блюд, что, впрочем, и не обязательно.

Наш же сегодняшний ресторан оказался очень приятным и прохладным местом. Посреди зала расположилась забавная скульптурная композиция на тему о роли воды в жизни человека. За обед — традиционные рис, кебабы, помидоры и фанту — заплатили около 8$.

На противоположной стороне улицы разыскали книжный магазин. Увы, но и здесь никаких карт и туристической литературы на английском не оказалось. После этого решили вернуться к Голубой мечети. Музей уже открылся, но увидев с порога, что состояние здания и внутри — это сочетание остатков былой роскоши с «новоделом», решили не заходить.

После этого отправились в расположенный неподалёку Азербайджанский музей. Путеводитель обещал шикарную коллекцию ковров. К сожалению, ковров в музее не оказалось. Основная экспозиция — это всевозможные черепки и монеты. Мне больше всего в музее понравилась одна из сотрудниц — настоящая персидская красавица.

Ну, а больше всего впечатлили аллегорические скульптурные композиции современного автора Ахада Хуссейна на темы угнетения, человеческого бытия, войны и мира. Вероятно, мы уже порядком соскучились по искусству соцреализма :).

Вечером ребёнку был обещан Луна-парк, поэтому решили возвращаться в кемпинг. По пути к базару попали в нестандартную ситуацию. Остановившись напротив одной из мечетей у питьевого фонтанчика, мы с Таней начали немного баловаться с краном.

Проходивший мимо молодой человек любезно отвёл нас немного в сторону и довольно пространно по-английски рассказал, почему не следует здесь шутить. Мы почти ничего не поняли, но решили впредь быть посдержанней.

Обратили внимание на то, как продуманно расположены торговые точки. Если человеку нужно купить аквариумных рыбок, кальян или строительные товары, то ему не придётся рыскать в поисках необходимых товаров по всему городу, сравнивая ассортимент и цены, а достаточно приехать на соответствующую улицу, где и расположены все нужные магазины.

Придя на рынок, накупили запас фруктов и овощей, после чего заскочили в офис к Нассеру. Карты ему подвезли, но у нас такая уже была. Далее пошли искать конечную нашего автобуса, но Таня, раньше всех «въехавшая» в местные цифры, завидела его задолго до остановки. Пришлось тормозить автобус прямо посреди улицы :). Попросили водилу и его малолетнего сына-кондуктора предупредить нас о том, когда будет наша остановка. Заняли самые лучшие места. Местные были очень удивлены, когда автобус подъехал к месту загрузки с уже сидящими в нём «неверными». В процессе движения к девчонкам стали приставать с расспросами немного говорящие по-английски ученицы колледжа. Маше пришлось проявить недюжинные усилия, чтобы из глубин памяти вытянуть пару фраз :). Ну, а Таня у нас вообще немецкоязычная.

На нужной остановке треть пассажиров автобуса стала нам показывать, что пора выходить, тем не менее, уже на улице, подскочивший «кондуктор» указал ещё и направление, куда идти дальше. Очень приятно!

Добравшись до палатки, разгрузились и сразу же направились в Луна-парк. Конечно, уровень аттракционов аналогичен нашим эпохи заката СССР. И их надёжность вызывает определённые опасения. Но для ребёнка главное — эмоции. Сфотографировав те объекты, на которых Таня захотела прокатиться, я направился в кассу. Показывая изображения нужных аттракционов кассиру и количество необходимых билетов на пальцах, мы вызвали бурный восторг продавцов билетов. На аттракционе «Железная дорога» контролёр настолько расчувствовался при виде нашей компании, что предложил мне бесплатно прокатиться вместе с моими барышнями, которые уже сидели в вагончике.

Был и забавный эпизод отрицательного свойства. Контроллёр аттракциона «Ладья» всячески возражал против съёмки, мотивируя тем, что это может не понравиться «пассажирам». По необычному сценарию осуществляется катание на «Колесе обозрения», что я испытал на себе. В процессе первого оборота происходит смена пассажиров, причём колесо постоянно останавливается.

Нахождение в подвешенном и обездвиженном состоянии в верхней мёртвой точке в течение нескольких десятков секунд на этой скрипучей конструкции немного щекочет нервы:)

Во время второго оборота колеса осуществляется непосредственно процесс катания.

Итогом посещения аттракционов все остались довольны. Таня — полученными эмоциями, я — тем, что так быстро удалось удовлетворить один из обязательных пунктов программы ребёнка.

После Луна-парка взяли фрукты и пошли прогуляться по парку. Народу было, как селёдок в бочке. Вероятно по городу прокатился слух о том, что в кемпинге поселились иностранцы, и местные жители приехали на нас поглазеть :). Вообще иранцы — очень весёлый и жизнерадостный народ. Такой концентрации улыбающихся людей на 100 кв. м. я никогда прежде не видел и вряд ли когда-либо увижу. И по всему заметно, что с чувством юмора у подавляющего большинства населения полный порядок.

И английский язык они знают буквально поголовно. Только и слышишь со всех концов: «Hello! Hello!». У некоторых познания ещё более глубокие: «Hello! How are you?» Ответ, как правило, не требуется. У следующей категории граждан в вопросе присутствует элемент познания мира, и ответа они ждут с нетерпением: «Hello! How are you? Where are you from?». Удивительно, но услышанное в ответ: «Беларусь», их почти никогда не смущает, как будто название нашей страны не сходит с верхних рядов политического хит-парада местных СМИ. Ну и, наконец, самые продвинутые и одновременно самые патриотичные граждане. Свой блок вопросов они завершают фразой: «Thank you. Welcome to Iran!».

Но, как известно, повышенное внимание сильно утомляет, и через некоторое время мы предпочли удалиться. Спать легли в 22:30. Назавтра предстоял первый автономный переезд вглубь страны. Как-то оно там будет на дорогах в выходной день?

День восьмой. 30.07.2010. Пятница

Встали в 8 часов. Пока разбирали палатку, вокруг нас стал виться молодой симпатичный парнишка. Местная молодёжь, изучающая английский, любого иностранца старается взять в оборот, чтобы попрактиковаться. Но осознав, что этот иностранец владеет языком на уровне советской школы, впадает в ступор. Так как у них в голове не укладывается, как можно путешествовать, не зная (или плохо зная) самый главный язык международного общения. Тем не менее, «пытал» он меня долго, но момент был не самый подходящий: во время сборов я всегда немного злой :). Осознав, что со мной каши не сваришь, он попросил разрешения пообщаться с дочкой. Я разрешил, но предупредил, что она учит немецкий язык. Опять ступор. Молодой человек решил не отступать и попросил подарить ему танину фотографию. И снова «облом». Провожал нас весь персонал кемпинга и десяток посетителей во главе с новоиспечённым другом. Некоторые даже прослезились. За двое суток проживания в кемпинге заплатили порядка 16$.

Добраться до кольцевой дороги оказалось несложно, т.к. с утра машин практически не было. На выезде из города притормозили у какой-то «хлебной» лавки. Она специализировалась на лаваше, заправленном картошкой в мундире или яйцом. Маша попросила пустой — отдали бесплатно :).

На кольцевой приостановились, чтобы сделать фото городских панорам. Не впечатлило :(.

Едем по направлению на солёное озеро Урмия. Пейзажи малоинтересные, поэтому больше внимания уделяем обзору населённых пунктов. Все основные трассы в пределах городов и деревень имеют широкую разделительную полосу — газон, клумбу. Причём ухаживают за этим изумрудным газоном очень тщательно: траву стригут и дважды в день обильно поливают. И это не удивительно, так как очень часто в обеденное время на разделительной полосе в тени деревьев местные устраивают свои знаменитые пикники, после чего их одолевает крепкий сон кверху пузом :).

Перекрёстки, как правило, выполнены в виде круговых развязок. Они, подобно французским, имеют тематическое оформление: клумбы, фонтаны, скульптурные композиции. Проезд таких перекрёстков, по идее, осуществляется по методу «помеха справа». Но я, проехав по территории Ирана около 5 000 км, так до конца и не уверен в справедливости этого правила :). Так как главным и единственным правилом на дорогах является решительность, граничащая с наглостью и при этом полное отсутствие какой бы то ни было агрессии.

Ещё поначалу шокирует тот факт, что для сельхозтехники и мотоциклов наравне существуют понятия левостороннего и правостороннего движения :). По крайней мере в пределах обочины и первого ряда. Впрочем, к этому быстро привыкаешь. Отдельно стоит сказать о «лежачих полицейских». То, что их много — это полбеды. Самое страшное, что там в асфальт закатывают не одного полицейского, а целый взвод. Поэтому невнимательный водитель может лишиться подвески в одну секунду. Так как мы с Машей разделили контроль за правый и левый борта, то ответственность за «лежачих» взвалила на себя Таня. И справилась на «5-» :).

В районе 12 часов остановились для небольшой разминки.

Вокруг простираются безграничные солончаки — верный признак того, что мы следуем правильным курсом.

Не знаю, что меня подтолкнуло заглянуть в свои записи, но в результате штудирования я понял, что мы забыли повернуть в сторону одной из самых известных иранских достопримечательностей — деревни троглодитов Кандован (Kandovan, کندوان). Пропустить это место никак нельзя, поэтому приходится возвращаться на 50 км назад.

Продравшись через узкие улочки заштатного городка Оску (Osku), знаменитого своим шёлковым производством

и преодолев окрестные холмы,

мы уткнулись в хвост огромной очереди на стоянку. Недолго думая, я решил оставить машину на обочине, справедливо полагая, что продвинуться вперёд будет гораздо быстрее пешком. Да и дешевле :). Кстати, посещение деревни, по определению, платное, но мы никаких касс и чек-поинтов не встретили. Возможно, посетителей «обилечивают» в момент заезда на паркинг. До самой деревни «чесать» пешком ещё километра полтора, но необычные скальные формирования заметны уже издалека.

Вообще, в Иране порядка десяти так называемых «этнических деревень», которые рекомендованы к посещению. Они разбросаны по всей стране, в разных природных и климатических зонах. Безусловно, большинство из них не являются абсолютно уникальными. Вероятнее всего, этот топ-10 рекомендуется путеводителями лишь потому, что в них есть мало-мальская туристическая инфраструктура. Так вот Кандован и есть тот самый уникальный пример в масштабах Ирана. Правда, те путешественники, которым посчастливилось побывать в турецкой Каппадокии, скорее всего будут разочарованы, но мы там пока не были, поэтому и приехали. Безусловно, впечатление портят «неформатные» дома, выстроившееся на переднем плане.

Они нарушают целостность картины. Поэтому в аутентичную атмосферу можно попасть, лишь поднявшись на второй уровень по очень крутым лестницам или скользким тропинкам.

Тем не менее, обилие рекламы и толпы туристов подчёркивают «попсовость» этого места.

Как не трудно догадаться, деревня уникальна своими древними, вырубленными в скалах жилищами.

Первый этаж отводился для домашнего скота, второй и третий — непосредственно под жильё. Судя по частым отвратительным запахам, исходящим со стороны первых этажей, во многих из этих домов мало что изменилось за последние столетия. Некоторые жители зарабатывают тем, что пускают туристов внутрь. Но, как известно, вход — рубль, выход — два. Посмотрел — заплати, сфоткался — доплати :).

В некоторых домах размещаются лавки с оригинальными изделиями ручной работы из тесьмовой ткани, подобных которым больше нигде в Иране не встречали, а также мёд и орехи. За 5$ купили Тане «весёленький» рюкзачок.

Погуляв часа полтора, подгоняемые 40-градусной жарой, поспешили к машине. Иранские туристы уже вовсю организовывали свои пикники, мы же пока ещё обед не заслужили :). Маша попутно в одной из многочисленных лавок приценилась к грецким орехам. Цена оказалась отрезвляющей — 7$ за кило.

В 14:45 уже по знакомым дорогам снова направились в сторону Урмия. На подъезде к озеру трафик стал очень плотным.

Тем не менее, после преодоления нескольких крутых изгибов и невысоких перевалов, дорога вывела нас к восточному берегу долгожданного озера.

Озеро Урмия (Orumiyeh, دریاچه ارومیه ) — это бессточное солёное озеро, иранское Мёртвое море. Длина его достигает 140 км, максимальная глубина — 16 метров. Площадь водной поверхности напрямую зависит от полноводности впадающих в него рек и, в зависимости от времени года, может значительно колебаться. Уровень солёности соответственно сезону тоже значительно меняется. На озере расположено более ста островов, некоторые из них являются торчащими из воды огромными валунами причудливых форм. Надо ли говорить о том, что вода и грязь в озере обладают лечебными свойствами?

Поначалу мы тоже решили погулять по мелководью, но платность стоянки и её порядочная удалённость от берега подтолкнули нас ехать дальше. Тем более, что западный берег считается более живописным. К счастью, новая дорога, соединяющая два берега Урмия, уже была введена в эксплуатацию.

Приостановившись на дамбе, решили взглянуть на северную часть озера. Картина оказалась совершенно другой. Перед нашими глазами простиралась водная гладь розового оттенка.

Более того, у основания дамбы был организован дикий пляж, и многие отдыхающие активно принимали водные процедуры.

Проехав немного вперёд, мы нашли небольшой промежуток и припарковались у обочины. Большая часть берега представляет собой окаменевшую грязе-солевую массу.

И лишь узкая полоска у воды — это, похожая на песок, мелкая и белоснежная соль.

Мы с Машей купаться не отважились, так как у нас не было с собой достаточного запаса пресной воды, чтобы смыть соль. Особенно Маша, которой пришлось бы лезть в воду в полном «обмундировании» :). Поэтому ограничились прогулками по мелководью.

А вот Таня, наплевав на нормы мусульманской морали, бросилась в воду почти в одном купальнике.

Интересно, что, окуная в эту «мыльную» воду изрядно подкопченные за день на беспощадном солнце руки, мне удалось раз и навсегда устранить неприятное жжение. Местные женщины предложили Маше проверить целебные свойства грязи.

После чего мы набили два полиэтиленовых пакета грязью и солью соответственно.

И, если пакет с грязью вызвал всеобщее одобрение, то соль — лишь недоумение.

Моментально обзавелись новыми «друзьями»: довольно забавной весёлой тётенькой и её братом — учителем географии.

Разговор шёл о нелёгкой доле женщин Востока :). Собственно, о чём ещё можно было говорить, наблюдая за тем, как эти «несчастные» купаются в солёной воде в своих «халатах», брюках или юбках :(.

Водно-грязе-солевые ванны мы принимали больше часа. После чего нужно было ехать дальше. Соль оказалась очень «приставучей». Смыть и очиститься от неё оказалось делом нелёгким. С тел и одежды она быстро перекочевала на внутренние поверхности машины, покрыв их ровным тонким слоем. И после этого ещё долго путешествовала вместе с нами.

В 18 часов выдвинулись в сторону одноимённого с озером города Урмия (Orumiyeh, دریاچه) — столице остана Западный Азербайджан. Именно там мы и планировали заночевать. На другом берегу озера находится пункт оплаты за проезд — заплатили 2$. Через час въехали в город. Дабы выяснить, как проехать в центр, тормознули передвижного продавца бананов. Он очень ловко и быстро указал нам верный путь. Движение спокойное, поэтому продвигались без опаски.

Для начала решили перекусить, а затем уже отправиться на поиски подходящей гостиницы. Остановили машину на улице прямо у тротуара. Тут же один из местных порекомендовал поставить её на охраняемый паркинг, который по совместительству являлся и птичьим рынком. По подсказке полицейского нашли пиццерию. Помимо пиццы, заказали натуральный сок с кусочками фруктов «Rani», который продаётся, как в металлических 200-граммовых банках, так и в пластиковых 1,5-литровых бутылках. Очень вкусно, но и не дёшево. Сами иранцы пьют его не часто, предпочитая всякие «Фанты» и «Кока-Колы». Так что «Rani» — это скорее экспортный товар. Ещё хочу заметить, что стоимость всяческих газированных напитков и в магазинах, и в ресторанах одинакова: стандартная полуторалитровая бутылка — около 1$.

Пока поглощали пищу, за соседним столиком расположилась семья, глава которой работает в Канаде. Все иранские «гастарбайтеры», с которыми мы встречались, совершенно отличаются от своих соотечественников «местного разлива». Разговаривают с достоинством, на грани высокомерия, безо всякого заискивания. Дежурных вопросов не задают, спрашивают только о том, что им на самом деле интересно. В конце беседы предложил Тане любой напиток за его счёт. Ребёнок снова выбрал «Rani» :). За ужин заплатили 9$.

Далее, вооружившись сведениями из LP, пошли искать гостиницу. Сначала зашли в отель «Reza». Неприятно удивило, что стоимость номера в два раза выше, чем заявленная в путеводителе. В дальнейшем с таким недоразумением мы сталкивались практически повсеместно, причём, даже тогда, когда цена была указана в долларах. Если же я пытался администрацию «тыкать носом» в книгу, они всегда говорили, что это было очень давно и информация устарела. Но ведь путеводителю-то всего два года :(. Торг в гостиницах тоже идёт очень тяжко: как правило, сбрасывают не более 10%. Мы бы, наверное, согласились на их 40$ с учётом бесплатного паркинга, но комната, которую нам предложили, выходила окнами на очень шумную улицу. Поэтому, сказав, что пойдём за машиной, решили поискать альтернативные варианты.

Следующим оказался отель «Tak Setareh», расположившийся на тихой улочке рядом с мечетью Sardar. Цена за трехместный номер в LP — 17$, на деле — 33$, сошлись на 29$ :). Машину можно поставить на улице практически под окнами номера. Оставив девчонок «сторожить» номер, я поспешил за машиной.

При выезде со стоянки ко мне подошёл один из парковщиков. Естественно, он хотел денег. Я с помощью жестов и русско-английских фраз пытался выяснить, сколько нужно заплатить. Он же, видимо, посчитал, что я платить не хочу. Больше всего его задело русское слово «скоко», передразнивая меня, он воспроизвёл эти звуки несколько раз, при этом попытался вытащить из-за пояса клинок сильно закипая. Спасло ситуацию моё скромное знание турецкого языка: «Кач пара?». Отдав ему полбакса, я «ударил по газам». Это была моя первая и последняя конфликтная ситуация в Иране за всю поездку.

В гостинице первым делом приняли душ, чтобы окончательно смыть с себя всю соль. Так как утром собирались сразу же уехать, решили прогуляться по вечернему городу. Прежде всего хотели взглянуть на древнюю церковь Св. Марии-богородицы и здание Муниципалитета. Понаблюдав за работой сапожника и приобщившись через открытое окно мечети к вечернему намазу, вышли на проспект Имама (кто бы сомневался?), который упирается прямо в здание Мэрии. Так же как и в Тебризе, Муниципалитет Урмии был построен в 30-е годы в так называемом европейском стиле. LP предупреждает, что полиция не разрешает фотографировать здание. Но нам никто не помешал.

На площади на скамейке сидела троица студентов. Один из них подозвал нас. Сначала последовали традиционные вопросы, при этом Таню угостили мороженым. Поскольку английский они знали довольно прилично, дальнейший разговор получился более предметным. Я узнал, что к церкви мы сможем подойти только утром, так как она находится на территории, огороженной забором. Впрочем, как оказалось, в Иране все христианские сооружения находятся за глухими заборами. Что и не удивительно — окружающая среда всегда была потенциально враждебной и опасной.

Но один из студентов вызвался довести нас до ворот, чтобы наутро нам было легче ориентироваться. Пока шли к церкви, а затем до гостиницы (он в этом же районе снимает квартиру), много говорили. Точнее, говорил в основном студент, задавал вопросы, но мой уровень языковой подготовки не позволял давать пространные ответы. В результате эти беседы нас здорово утомили, и очень хотелось побыстрее от него отделаться. При расставании студент посетовал на то, что мы не встретились немного раньше, в таком случае он мог бы разместить нас в своей квартире. Всё закончилось признаниями в любви, дружескими поцелуями и неопис