5 000 миль по четырем штатам США на Тоyоtа Camry, или Как мы в первый раз знакомились с Америкой. Часть 3. По интересным местам Калифорнии. Продолжение

Национальный парк Йосемити. Парк Больших деревьев

Эти места для следующей поездки выбираем еще по пути с озера Тахо. Юра хорошо знает Йосемити и готов быть моим гидом.

Официальный статус национального парка Йосемити получил в 1890 году и стал одной из самых первых в США защищенных природных территорий.

Почти пятьдесят лет, со времени первого появления в долине реки Мерсед белых американцев, умные головы боролись против хозяйственного освоения этих исконно индейских земель. В итоге, уникальные ландшафты, богатый животный и растительный мир, поразившие первооткрывателей своей красотой и разнообразием, были сохранены в естественном виде. Индейцев же, увы, постигла участь большинства коренных обитателей Америки.

Сейчас Йосемити, занимая почти 3 000 квадратных километров горной местности со скальными утесами, лесами, реками, водопадами, озерами и их живыми обитателями, является одним из самых посещаемых национальных парков США.

За год в нем бывают более двух миллионов американцев и туристов со всего мира. Они оставляют здесь свои деньги и получают взамен возможность общения с сохраненной естественной красотой дикой природы. Так что, то золото, что осталось лежать в речках и недрах Йосемити, давно возвратилось в американскую казну доходами от туризма.

Йосемити от Джексона находится, сравнительно недалеко, — всего чуть более 160 километров на юго-восток, сначала по 49-му, а затем по 120-му хайвэям.

Расстояние небольшое, поэтому, вполне естественно желание, после посещения Йосемити, проехать еще полторы сотни километров до Парка секвой. Юра предлагает альтернативу. Оказывается, буквально, в часе езды от Джексона, рядом с городком Арнольд, что на 4-й дороге, есть Парк больших деревьев (Big Trees), где растут такие же секвойи, как и в знаменитом парке. В «Биг Трис» решаем заехать на обратном пути.

Утром собираемся быстро. Машина готова, головы свежие, да и погода, в отличие от вчерашнего дня, солнечная и тихая, зовет в дорогу.

Ехать одно удовольствие. Под колесами шуршит великолепный асфальт. За окном холмистая местность перемежается открытыми пространствами с островками лесных массивов. Иногда пересекаем небольшие быстрые речки с чистой водой. Сказывается близость гор. Природа почти такая же, как на Урале, только растительность в большинстве своем лиственная — дубы, кустарники, и совсем нет берез. Но все равно окружающие пейзажи радуют глаз.

Не менее интересно разглядывать и освоенные участки земли, с желтыми пятнами посевов, зелеными лугами, какими-то строениями, видимо, хозяев этих угодий. Едем по сельской Америке, о существовании которой и не подозревал.

Сельскохозяйственное производство этой страны, лично у меня, всегда ассоциировалось с огромными индустриальными фермами, полями, тянущимися до горизонта, почти конвейерным содержанием скота. Ведь, был воспитан на мифах, что гидра капиталистической конкуренции пожирает небольшие хозяйства и не дает им выжить.

Где-то, наверное, так и есть. Но, оказывается, и мелкие фермы, по крайней мере, в Калифорнии, имеют возможность занимать свои ниши, позволяют местным «крестьянам» выращивать и продавать сельскохозяйственную продукцию, зарабатывать на жизнь. Государство заинтересовано в существовании мелких хозяйств и оказывает им всемерную экономическую и законодательную поддержку. Ведь каждое фермерское хозяйство — это рабочие места для владельца, его семьи, и, как минимум, десятка наемных работников.

Да, на многое, здесь в Америке, приходится взглянуть другими глазами, о многом изменить свое представление. Возьмем, к примеру, небольшие городки, которые время от времени проезжаем. Ведь, по сути, это деревенские поселения об одной-двух тысячах жителей.

Но назвать их «деревнями» или «селами» язык не поворачивается. На единственной, в большинстве своем, улице — ухоженность, чистота и порядок. Как и в больших городах, фасады пестрят вывесками небольших гостиниц, каких-то кафе и забегаловок, привлекают внимание витринами магазинчиков с милыми рекламными штучками. В общем, вид, вполне процветающий.

Возникает вполне резонный вопрос: «Откуда берутся средства?». Ведь вокруг нет больших предприятий, где можно заработать. Именно поэтому, в таких городках большинство населения — люди достаточно солидного возраста. Молодежь, как и везде, уезжает в большие города, где есть работа, учеба, перспектива создать экономический задел на будущее.

Постоянно живущие здесь, зарабатывают, как могут. Кто-то содержит упомянутые заведения — проезжающие туристы дают возможность получать неплохой доход, «рукастые» — ремонтируют машины и другую технику, для тех, кто не умеет, или не хочет это делать. Кто-то работает в местных филиалах банков, государственных учреждениях — в полиции, на почте, органах местного самоуправления, ну, а у кого ничего нет — трудятся на других, в том числе, на фермеров. Одно всех объединяет. Люди еще с детства впитали понимание, что единственный источник благополучия — это собственный труд, знания, смекалка и немного везения. Слабые духом и ленивые сюда не добрались еще двести лет назад, а случайно попавшие, — давно спились и умерли.

После водохранилища Мелонес…

… поворачиваем на Восток, ландшафт меняется. Высота местности растет, на склонах холмов появляются скальные выступы.

Когда дорога вскарабкивается вверх, становятся видны заснеженные вершины Сьерра-Невады.

Накрутив от водохранилища еще сотню километров, наконец, попадаем в горную сказку Йосемити.

Красоты начинаются еще до въездного портала в долину реки Мерсед.

А когда его минуем, заплатив 20 долларов за въезд и получив карту парка,…

…понимаю, что виденное было прелюдией представления. Через пару километров неспешного движения по асфальтовой дороге, на уши обрушивается грохот, а взору открывается величественный вид 190-метрового водопада Bridalweil (Фата невесты).

Водопад манит к себе, как все гигантское. Однако, попытка подойти вплотную, не удается. Уже за полсотни метров столб воды становится невидимым из-за водяной пыли, стоящей в воздухе. Промокаю насквозь. Успеваю сделать, лишь пару кадров, и ретируюсь, чтобы не испортить камеру.

Дальше картины разворачиваются, как в кинотеатре под открытым небом, которые в прошлом были так популярны, особенно в Америке. Можно вообще не выходить из машины, если бы не желание сделать интересный кадр. Устройство парка этому способствует. По обоим берегам реки Мерсед, на протяжении около 15 километров, проложены две дороги, соединенные мостами,…

…а с них можно попасть на все основные достопримечательности — озера, водопады, вершины.

Но для этого, желающим приходится покинуть автомобиль, оставить его на специальной стоянке и дальше топать пешком. Для пеших треков имеются обозначенные тропинки. Таких энтузиастов находится не более 10% от всех посетителей, так что нагрузка на экосистему парка в целом, невелика.

Нам некогда прыгать по горам, поэтому на следующее чудо природы — самый большой в Северной Америке гранитный массив El Capitan любуемся с дороги.

Высота этого «камушка» — 2 307 метров над уровнем моря, на 910 метров он возвышается над долиной. Его передняя стенка — абсолютно вертикальная, и давно уже облюбована скалолазами для восхождений. С трудом верится, что на нее можно забраться с помощью рук и ног, доверяя свою жизнь только страховочной веревке и стальным крюкам, но это — факт. Наблюдаем за ребятами в бинокль, а благодаря «телеку», могу показать и вам.

Рекордсмены умудряются залезть на эту стенку за четыре часа. Рядовым скалолазам одного светового дня на восхождение не хватает, приходится ночевать на специальной платформе. Каких только чудаков и одержимых нет на свете!

На вершину этой скалы можно попасть и менее экзотичным способом — пешком. Правда, придется пройти десять километров по лесу, поднимаясь в гору. Было бы интересно сходить, но, увы, нет времени. Едем дальше.

Дорога ведет на восток, к административному центру парка — Yosemite Village. Мимо проплывают не такие именитые, но не менее красивые скалы, утесы и водопады. Приходится останавливаться, фотографировать, и это доставляет удовольствие.

Представители фауны тоже не скрывают своего присутствия. Олени к дороге не приближаются, но пасутся в пределах видимости. Медведи выходят из леса ближе к вечеру, в надежде поживиться возле мусорных контейнеров. Белки перебегают дорогу даже днем, шастают по ближайшим деревьям. Так что, имея хорошую оптику и время для ожидания, можно сделать неплохие кадры местных обитателей.

Административная деревня — почти конец автомобильной дороги и начало многочисленных пеших маршрутов.

Здесь базируются службы рейнджеров, хозяйственная, менеджеры для работы с посетителями парка. Снять номер в комфортабельной гостинице или получить разрешение на установку палатки в одном из многочисленных кемпингов можно тоже здесь. Но только не в сезон. В летние месяцы прямо «с колес» найти ночевку скорее всего не удастся. Все зарезервировано заранее.

Мы ночевать не собираемся, наша цель — двухкаскадный, одноименный с парком, водопад Йосемити. Вон он, виден на фото вверху. Его общая высота 739 метров — третий из самых больших водопадов в мире.

Пятьсот метров ходьбы по асфальтированной дорожке приводят в царство грохочущей, всепроникающей воды.

Куртка мало помогает. Еще на мосту через слив, вода стекает по ней, как при хорошем дожде, штаны и обувь мгновенно становятся мокрыми. Фотоаппарат, выхваченный из полиэтиленового кулька, позволяет сделать не более двух качественных снимков, дальше объектив мутнеет. Приходится снова прятать, чтобы не вышел из строя. Здесь нужна камера в водонепроницаемом боксе.

Пробыв возле водопада десять минут, окончательно промокаем и возвращаемся к машине. Хорошо, что Юра взял запасную одежду. Зато теперь в памяти и на «пленке» зафиксировано, что «я здесь был и это видел».

Напоследок подъезжаем, насколько близко позволяет дорога, и фотографируем еще одну знаменитую достопримечательность Йосемити — скалу Хаф Доум.

Эта куполообразная вершина высотой 2 700 метров над уровнем моря (1 450 м над долиной) тоже является вожделенным призом для скалолазов, но к ее вертикальной стенке гораздо сложнее подход. Поэтому спортивные восхождения на нее довольно редки. Можно подняться на вершину с пологой стороны, преодолев семнадцать километров пешего маршрута. Как говорит Интернет, вид, который открывается со скалы, сразу заставляет забыть о тяготах пути наверх. Придется поверить на слово.

Взглядом на Хаф Доум знакомство с парком Йосемити заканчиваем. Благодаря прекрасным условиям для автомобильных путешественников, визит продолжался около пяти часов, а воспоминания о прекрасном уголке природы останутся на всю жизнь.

Уже при подготовке отчета подумалось: «Красив, конечно, этот американский парк. Но разве мало красивых мест в нашей стране? Те же Горный Алтай, Байкал, Горы Северного Урала, где бывал и могу сравнивать, — не менее, прекрасны! Но, не будучи охраняемыми и планомерно обустроенными, они постепенно загаживаются дикими «туристами», растаскиваются на куски самозваными «хозяевами», теряют свою первозданную красоту. Никогда, видимо, мы не научимся ценить и беречь свое, а чужое — брать в пример.

На обратном пути Юра пытается проехать через весь парк на другую сторону хребта Сьерра-Невада, чтобы показать озеро Моно, а потом уже, ехать в «Биг Трис». Однако, проход «Тиога Пасс», который туда ведет, еще не расчищен от снега и закрыт до середины июня. Поэтому, возвращаемся знакомой дорогой.

Осмотр «Биг Трис» начинаем с «Визитор центра». Это здание, где располагается администрация, как правило, музей и магазинчик сувениров. Как потом увидел, такие центры есть в каждом парке.

Заходим посмотреть и купить билеты. На стендах представлена история создания парка, информация о флоре и фауне, предметы быта индейцев населявших эти места. Обращает внимание группа младших школьников, приехавших на экскурсию. Служащая музея что-то рассказывает — дети активно реагируют. В который уже раз, наблюдаю воспитательную работу взрослых с юными американцами. Завидное внимание к будущему страны.

В этом парке только пешеходные маршруты. Все шесть начинаются от огромного пня секвойи, приспособленного под сцену. Видимо, администрацией это придумано специально, чтобы сразу повергнуть в шок посетителей.

Ну, что же, впечатляет! Но, когда доходим до первого живого дерева, впадаю в ступор. Это колосс! Фигуры Церетели, в сравнении с ним, отдыхают!

Мозг отказывается верить в реальность того, что перед глазами. Знаю, что горы, водопады, реки могут быть большими. Одни меньше, другие больше. Могут быть и огромными! Но деревья не бывают такого размера!!! Поверить приходится, когда углубляемся в лес и видим целые группы этих гигантов.

Обычные сосны в сравнении с ними выглядят соломинками, рядом с выросшим в пшеничном поле деревом. Не оставляет ощущение, что попал в нереальный мир, в прошлое, и сейчас, из-за могучих стволов выйдет, какой-нибудь динозавр. От этих гигантов, так и веет чередой веков. Ведь, каждое дерево, чтобы достичь диаметра ствола около 10 метров, и высоты, — более 100, оставило позади не менее полутора тысяч лет жизни.

Гигантские размеры и необычность секвой здесь, в парке, подчеркнуты всеми доступными способами. Даже упавшие деревья «работают» на туристов.

Ну, а чтобы совсем сразить посетителей, в подходящем дереве с дуплом проделан проход.

Тут еще, и своего рода, соревнование с «Парком секвой», где сквозь подобное дупло в одном из тамошних деревьев проезжают машины. Впрочем, сквозь это тоже спокойно могла бы протиснуться легковушка. Ведь, ширина «дыры» около трех метров.

В завершение кольцевого маршрута, на табличке возле мертвого дерева, с явно видимыми следами поперечных пропилов, Юра читает интересную историю.

В начале XX века, готовясь к всемирной выставке (в Париже, что ли? Забыл), американцы решили установить перед своим павильоном секвойю. Спилили в «Биг Трис» одно из самых больших деревьев, расчленили на три части, транспортировали до воды и, погрузив на палубу баржи, повезли в Европу. Во время шторма бревна сорвались с креплений, проломили борт, баржа затонула. Тогда, с другого дерева кольцами содрали кору и спилили крону, а на выставке установили полноразмерный муляж. Фурор был необыкновенный.

Голый ствол этого дерева, хоть, и обгоревший, сохранился с тех времен и является одним из экспонатов парка. На фотографии, к сожалению, не видны кольцевые следы от пилы, которой срезали кору.

Пройдя километра три пешком и, потратив на это чуть более часа, завершаем маршрут. Немного по времени, совсем недалеко по расстоянию, а впечатлений и эмоций получаю не меньше, чем в Йосемити.

Да-а-а, насыщенный получился денек. И все было бы хорошо, да вот Юра к вечеру скисает. Когда подъезжаю к дому, он уже просто лежит на заднем сиденье и весь горит. Похоже, это результат наших приключений, накануне и сегодня. Как ни крути, человеку, которому серьезно за шестьдесят, холодные горные ветры и купания под водопадами противопоказаны.

Поездка на озеро Моно

На следующее утро нахожусь в полной растерянности.

Юра лежит с температурой 38. Ольга — жена, постоянно находится возле него. И только я остаюсь один на один со своим отпуском. Не пропадать, же ему!

Вспоминаю, что вчера Юра пытался попасть на озеро Моно. Видимо, не зря. Лезу в карту, уточняю дорогу от Джексона. По расстоянию вроде приемлемо — около 240 километров. Примерно четыре часа в пути.

Машина «заряжена» всем необходимым. Навигатор маршрут прокладывает. Американские дороги опробованы. Не вижу препятствий для самостоятельной поездки.

Сообщаю о своем решении хозяевам. Они не возражают. В качестве подстраховки Ольга дает телефон Юры. Договариваемся о контрольных звонках и обязательном возвращении вечером. Сажусь за руль, и — вперед!

Сначала все — как вчера. Первые полсотни километров по 49-й «роуд», уже знакомы. В городке Сонора поворачиваю налево, на 108-ю дорогу. Проезжая этот «районный центр», окончательно убеждаюсь, что своей архитектурой местные городки похожи друг на друга, как две капли воды. Без навигатора не разберешься, где какой. Хорошо, хоть файлы фоток имеют дату и время съемки.

Через пару десятков километров после Соноры понимаю, что оценка пути до озера только по расстоянию, была ошибочной. Горы подступают, как-то сразу, начинается подъем.

Чем выше забираюсь, тем больше петляет дорога.

Средняя скорость получается не более 40 км/час. Зато, когда преодолен очередной подъем и заканчивается череда серпантинов, есть возможность полюбоваться окружающими пейзажами.

Водохранилище Доннелл на реке Кларк.

На высоте более полутора тысяч метров начинаются картины, как при поездке на озеро Тахо, — въезжаю в царство заснеженных лесов и скал.

Становится немного жутко. До этого, не раз ездил по горам, и высоты бывали больше, но это были «теплые» горы Марокко, европейских стран, Монголии, наконец. К тому же, со мной всегда были попутчики — родственники или товарищи. И других машин на тех дорогах хватало. А мир, ведь, не без добрых людей.

Здесь еду абсолютно один, практически без языка, на незнакомой и не новой машине, не самой простой дорогой. Да и телефон — единственная ниточка, связывающая с теми, кто может прийти на помощь, ничего не ловит.

Нет, это не страх. Такое чувство знакомо многим, когда идешь навстречу опасности, к горлу подкатывает холодный ком, но заставляешь себя двигаться вперед, подталкиваемый любопытством: «А что там, дальше?».

Дальше — еще круче, в прямом и переносном смысле.

Высота 2 000 метров — горные гряды обступают со всех сторон.

Высота 2 500 метров — среди сплошных горных массивов вырастают островерхие пики.

Высота 2 800 метров — перевал! Горы подступают вплотную, давят своей мощью. Дорога проходит в трехметровом снежном тоннеле. Становится понятно, почему проход «Тиога Пасс» закрыт!

С верхней точки перевала открывается великолепная панорама долины реки Уолкер и нависающих над ней хребтов Сьерра-Невады.

Начинается спуск. Он не менее труден и долог, чем подъем.

Сначала еду на тормозах, потому что машину неумолимо тащит вниз. Вовремя соображаю, что при перегреве и отказе основных тормозов, никакой ручник не спасет, а переключиться на низшую передачу уже не удастся, настолько быстро растет скорость в свободном качении. Перебрасываю селектор коробки в положение «1» и спокойно еду вниз, в долину, любуясь пейзажами.

Дальше дорога проходит вдоль реки, которая огибает один из хребтов, выскакивает к восточным склонам Сьерра-Невады и уходит на север. А мне — на юг, по 395 хайвэю — дороге в Лос-Анжелес и Лас-Вегас, которая идет вдоль гор.

До цели остается полсотни километров. Они не менее интересны, чем пройденный путь. Восточные склоны Сьерра-Невады более крутые, чем западные и вздымаются вверх сразу от прилегающей долины. Виды — для умеющих восхищаться красотой и величием гор.

Миную городок Бриджпорт, еще двадцать километров, и вот, оно — озеро Моно.

Ради открывшейся панорамы стоило проделать столь долгий путь. Ведь дорога с остановками на съемку заняла семь часов.

Паркую машину и иду на смотровую площадку. Дух захватывает от красоты! Приехал в нужное время. Предзакатное солнце высвечивает вершины гор, ярко освещенное озеро великолепно контрастирует с тенями от ближайших вершин. Прозрачный воздух позволяет различить мельчайшие детали пейзажа.

Снимаю во всех направлениях, не жалея кадров. Вместе со мной, на смотровой площадке, американское семейство, приехавшее на кемпере. Прошу запечатлеть себя на фоне озера. Сразу поняв, что обращается иностранец, конечно, не отказывают.

В благодарность дарю небольшую матрешку, размером со спичечный коробок. Даже не ожидал такой реакции. Бедные люди, что-то говорят, суетятся, не зная, чем отдариться. Облегчаю задачу — прошу дать одну из наклеек, которые, видел, они лепили на ограждение. Так американцы отмечаются в туристических местах вместо надписей краской «Здесь был Джон». Тискаю от себя полученную картинку…

… и еду снимать другую сторону озера. Там тоже, красивые виды,…

…но, как говорится, все с собой не возьмешь. Пора возвращаться домой, тем более, что солнце уже садится, а темнеет здесь быстро. Все-таки — широта Сочи.

Обратно еду уже по темноте с величайшей осторожностью.

В цивилизацию из гор выбираюсь глубокой ночью. Городки пустынны — ни машин, ни людей, но шарм сохраняют и в это время.

К Джексону подъезжаю в третьем часу пополуночи. Однако, на этом приключения не заканчиваются.

На отвороте с дороги останавливаюсь на красном сигнале светофора. Поворотная стрелка тоже горит красным. Видел, что днем она загорается зеленым, пропуская машины в улицу, ведущую в городок, поэтому жду. Стою абсолютно один.

На соседних полосах, в светофорах сменился один цикл сигналов, потом второй, а передо мной — все еще, красный. Сзади подъезжает и останавливается машина, но на нее не обращаю внимания, жду. Ведь, я — законопослушный гость.

Когда в соседних светофорах в третий раз загорается зеленый, соображаю — что-то, не так. Да, поздно. Включается сине-красная «цветомузыка», а по «матюгальнику», как гром в ночи, несется английская речь. Тут-то доходит, что за машина стояла сзади. Хоть и не понял, что сказали, на всякий случай, через две сплошные съезжаю на противоположную обочину, где есть небольшая площадка для парковки.

Дальше — как в американских боевиках. Достаю документы, открываю полностью окно, потом, положив руки на руль, жду. Полицейский джип становится справа и светит фарами в салон. Второй «коп» подходит ко мне, — рука на кобуре. Отдаю документы на машину, российские права с переводом и паспорт.

Полицейский смотрит бумаги, что-то спрашивает. Из вопроса понимаю только слово «стоп». Показываю на светофор, говорю: «Лайт из ред, хиз но грин». Еще что-то спрашивает — ничего не понимаю. Вытаскиваю из держателя навигатор, тычу во флажок на экране и выдавливаю из себя фразу: «Май фринд лайф ин зиз сити, ин зиз плэйс». Опять вопрос, в котором только одно знакомое слово — «дринк». Кричу: «Айм но дринк!!!». Набираю полную грудь воздуха и выдыхаю «копу» прямо в лицо.

Такой реакции не ожидал. Страж порядка отпрыгивает, как ужаленный, и что-то возмущенно верещит. Потом возвращается, рывком протягивает бумаги. Не нахожу ничего лучше, как спросить: «Ай кан го?». Получив в ответ сердитое «Йес», давлю на газ так, что колеса визжат, и через все сплошные и красный светофор стартую в нужную улицу. Только повернув на первом перекрестке, прислушиваюсь. Все тихо. За мной никто не едет. На этом общение с американскими полицейскими заканчивается. Больше встречаться не довелось — бог миловал.

Через пять минут, наконец, возвращаюсь к исходной точке маршрута.

Пожалуй, пока хватит поездок. Надо денек отдохнуть. Но, они еще будут. А посему, — продолжение следует…

Предыдущие части этой поездки:
— 5 000 миль по четырем штатам США на Toyota Camry, или Как мы в первый раз знакомились с Америкой. Часть 1. Сан-Франциско и окрестности
— 5000 миль по четырем штатам США на Тоyоtа Camry, или Как мы в первый раз знакомились с Америкой. Часть 2. По интересным местам Калифорнии